Нанизав их на свои пальцы, Зур'дах направился к выходу.
— Стой. — остановила его старуха. — Передай Драмару, что я его жду. Давно он не заходил. И поговорить не с кем, а смерть близка для всех из нас.
Гоблиненок кивнул и шагнул к пологу. Правда, увидев ящеров застыл как вкопанный.
— А они… — пробормотал он с опаской. — Не тронут?
Знахарка хмыкнула.
— Они наигрались и попробовали твоей крови на вкус. Теперь для них ты свой и они тебя не тронут. Иди, не бойся.
Зур'дах вышел напряженный и готовый в любой момент сорваться на бег. Но зря — ящеры каменными изваяниями застыли у входа в дом, будто и не гоняли его по кругу всего десяток минут назад.
Прата стояла у полога, следя за мальчишкой невидящим взглядом.
Надо было спешить.
С каждым пройденным метром Зур'дах только прибавлял шагу. А вырвавшись за пределы круга и вовсе побежал, несмотря на жгущиеся царапины на ногах.
Глава 9
Обратная дорога промелькнула быстро, потому что Зур'дах ее пробежал без остановки. Он буквально влетел внутрь жилища и наткнулся на тяжелый, недовольный взгляд Драмара, сидящего подле матери.
— Чего ты так долго, малец? — обвиняюще спросил он.
Запыхавшийся от бега с одного конца пещеры в другую гоблиненок сначала хотел рассказать, почему так долго, а потом просто и без слов передал мешочки Драмару.
— Так-так-так… — пробормотал тот себе под нос, и стал раскладывать мешочки перед собой. Потом взял несколько каменных мисочек и стал перемешивать ингредиенты в нужных пропорциях. Постепенно там начала образовываться вязкая жижа, которой Драмар тут же стал покрывать раны на лице и теле мамы Зур'даха. От каждого прикосновения Айра бессознательно вздрагивала, а с губ срывался легкий стон боли.
Зур'дах стиснул зубы.
Ташка за это заплатит!
Тем временем Драмар закончил с ранами Айры и теперь насильно вливал ей в рот вонючую смесь. Мама громко задышала и сразу погрузилась в сон.
— Всё, — выдохнул с облегчением старик, — Это должно помочь бороться с ядом в ее теле.
— Я знаю, кто это сделал, — после минутного молчания неожиданно заявил Зур'дах. — Это Ташка. Я видел как она смотрела на мою мать. Это точно она. Она нас ненавидит.
— Да? — переспросил Драмар, — А ты сам видел как она это сделала?
Зур'дах замялся.
— Нет. — нехотя выдавил он из себя. — Но она ненавидит маму и меня. Завидует, что мама красивая, а она — жирная уродка. Только она могла такое сделать.
— Думаю, твоей матери завидовала не только она. И это все причины, которые тебе приходят в голову?
— Ну… там дело еще кое в чем…
Хоть Зур'даху совсем не хотелось рассказывать как он прыснул Ташке в глаза подарком Драмара, он всё же решил не утаивать, так как считал это важной причиной.
— Это просто смешно! — пожал плечами старик, выслушав гоблиненка, — Подобные шалости не стоят того, чтобы так изуродовать твою мать. Да что там уродовать! Она могла погибнуть еще там, сразу — от яда личинок.
— Я все равно уверен, что это она! — вскричал Зур'дах.
Но старик его быстро осадил. И хотя Зур'дах перечислил все факты, что могли свидетельствовать в пользу версии о причастности Ташки, Драмар лишь качал головой, как бы говоря, что это всё несерьезно.
— Но если не они, то кто это сделал⁈ Кто-то же сделал это с мамой! — выпалил Зур'дах, уставший препираться с Драмаром. — И все эти зуры точно должны были видеть, кто это сделал. Они не могли не видеть!