Духи в зеркале психологии : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В эпоху средневековья «бесоодержимость» принимала характер психических эпидемий. Типичным примером может служить эпидемия «бесоодержимости» в монастыре урсулинок в Луэнде, описанная в руководстве по психиатрии профессором В. П. Осиповым. Настоятельнице монастыря аристократке Жанне де Белфил начал являться но ночам призрак покойного приора монастыря. Он беспокоил ее нехорошими словами и бесстыдными ласками. После того как настоятельница рассказала об этом другим «сестрам», бесоодержимость приняла массовый характер. Экстаз эротического характера овладевал монахинями ночью и днем, причем они блаженно говорили о браках с ангелами и демонами. Их охватывали страшные конвульсии, во время которых они извивались и корчились, сгибаясь дугою, прикасаясь пятками к затылку, кричали на разные голоса, «бегали собаками, порхали птицами, карабкались кошками». Называли демонов, ими владевших, выкрикивали имена лиц, которые якобы напустили на них нечистых духов. Церковники изгоняли бесов заклинаниями. Осипов приводит извлечение из книги преподобного отца Иосифа об этой процедуре: «В день поклонения Волхвов (сочельник) демоны стали терзать игуменью (монастыря урсулинок. — В. Л.). Лицо ее посинело, и глаза уставились в изображение лика богородицы. Был уже поздний час, но отец Сюрен решился прибегнуть к усиленным заклинаниям, чтобы заставить пасть демонов в страхе перед тем, кому поклонялись волхвы. С этой целью он ввел одержимую в часовню, где она произнесла массу богохульств, пытаясь бить присутствующих… Затем он приказал привязать одержимую к скамье и после нескольких воззваний повелел демону Исаакаруму пасть ниц и поклониться младенцу Иисусу; демон отказался выполнить это требование, изрыгая страшные проклятия… Были сделаны еще новые попытки, чтобы заставить демона покаяться Иисусу… перед божьей матерью, во время которых у игуменьи появились столь страшные конвульсии, что пришлось отвязать ее от скамьи… Исаакарум, повергая ее на землю, воскликнул: «Да будет проклята Мария и плод, который она носила!» Заклинатель потребовал, чтобы он немедленно покаялся перед богородицей в своих богохульствах; но, извиваясь по земле, как змей, и облизывая пол часовни, он все отказывался…»

В 1487 году двумя немецкими монахами Генрихом Инститорисом и Яковом Шпренгером была издана книга «Молот ведьм», которая сыграла в истории человечества страшную роль. М. Горький писал, что «это самая позорная их всех гнусных книг, когда-либо написанных…», В этой книге на 200 страницах повествуется о нравах дьяволов, которые, вступая в интимные связи с ведьмами, «насылают» на людей и домашних животных болезни, град, засухи и другие бедствия. Особенно поражает фанатическая ненависть авторов к женщине. По утверждению этих инквизиторов женщина «скверна по своей природе», у нее недостаток разума, «из-за ненасытности женщин к плотским наслаждениям они вступают в любовные связи с дьяволами», принося вред остальным людям.

В «Молоте ведьм» приводятся подробные описания пыток и доказывается право инквизиции преследовать и убивать заподозренных в сношениях с дьяволом. Но так как население Германии на первых порах оказывало сопротивление палачам-инквизиторам в их «богоугодной деятельности», то папа Иннокентий VIII издал знаменитую буллу (папское послание), в которой призывал к самой энергичной и беспощадной борьбе с людьми, «связанными» с нечистой силой. В этом документе он рекомендовал строго относиться к бесоодержимым и колдуньям, не придерживаться юридических форм. Простого подозрения в сношениях с дьяволом достаточно для оправдания ареста. Приговор может быть справедливым, если даже нет никаких улик и доказательств. Так, например, одна «колдунья» под пытками созналась в том, что вырыла недавно погребенного ребенка и съела его. Муж осужденной потребовал проверки фактов. В разрытой для этого могиле нашли труп ребенка в полной неприкосновенности. Но судья объявил, что вырытый труп — простая иллюзия, произведенная хитростью демона, и женщину сожгли заживо.

Пытки инквизиции отличались разнообразием и виртуозной жестокостью. При применении «испанских сапог» ноги пытаемых помещались между двумя досками. Затем начинали загоняться клинья до раздробления костей. При пытке на «кобыле» пытаемого усаживали на острую грань специально обтесанного бревна, а к ногам привязывали гири, шею охватывали железным ошейником с шипами внутри и постепенно сжимали его, «поджаривая» ноги жертвы огнем, п т. д. Понятно, что под пытками люди но только признавались в сношениях с дьяволом, но и оговаривали других лиц, о которых вспоминали в данный момент. После этих страшных мук людей сжигали на кострах, Трудно сказать, сколько людей погибло в «священных кострах» церкви. По некоторым источникам, количество жертв превышает 10 миллионов человек[10]. Если учесть, что плотность населения в средневековой Европе была низкой, то цифра выглядит очень внушительной. В основном сжигались женщины. Нередко сжигались и дети, как рожденные якобы от связей ведьм с чертями.

Вот как характеризует эту эпоху французский просветитель Вольтер: «По всей Франции стоял стон от мучений, которым судьи подвергали во время пыток… девушек, чтобы заставить их сознаться, будто они спали с сатаной и сатана при этом имел образ козла. Все подробности свиданий этого козла с девицами фиксировались в судебных процессах этих несчастных. В результате их сжигали, безразлично, сознавались они или отпирались, и Франция была одной обширной ареной узаконенных убийств».

Крупнейшим преступлением «святой» инквизиции перед историей явилось преследование и физическое уничтожение целого ряда выдающихся ученых как еретиков, которые своими открытиями положили начало революционному наступлению науки на религию.

Многие историки религии задавались вопросом: почему инквизиция, созданная церковью для борьбы с вероотступниками (еретиками), свой основной удар в XV–XVI веках перенесла на женщин, обвиняя их в ведовстве, связях с нечистой силой и т. д.?

Одна из причин — отношение церкви к женщине как существу низшему, наделенному всеми пороками. Достаточно вспомнить библейскую легенду о Еве, в которой говорится, что она была создана из ребра Адама.

Вторая — психологическая. Обоснование этого положения можно найти в работе классика психиатрии II. Б. Ганнушкина «Сладострастие, жестокость и религия», которая из-за запрета царской цензуры не могла выйти в России и была опубликована во Франции в 1901 году. Лишь после революции она была напечатана в нашей стране. «Три чувства, — писал он, — совершенно различные на первый взгляд — злоба, сексуальная любовь и религиозное чувство, — если опираться на множество фактов и соображений, находятся друг к другу в большой близости; тогда, когда возрастает их интенсивность, и в особенности, когда злость трансформируется в жестокость, в свирепость, сексуальная любовь в сладострастие и религиозное чувство в фанатизм или в мистицизм, — тогда эти чувства совпадают или смешиваются без заметных границ…»

В Евангелии встречается множество мыслей, указывающих на связь сексуальных переживаний с религиозным экстазом, в частности в Послании к эфесянам (гл. 5, ст. 31–32), в Первом послании к коринфянам (гл. 6, ст. 15–17), в Послании Иуды (гл. 1, ст. 4) и т. д.

В католической церкви в отличие от православной все духовенство обречено на безбрачие. При борьбе аскета с «плотью» подавляемое влечение порождало представления, которые с навязчивой силой обуревали сознание и приводили к душевной борьбе, истязавшей подвижников. Эти яркие представления, спроецированные вовне, получали такую интенсивность, что воспринимались как нечто навязанное какой-то внешней силой, как и «искушение дьявола». Именно в этом кроется причина того, что многие страницы в житиях святых занимают рассказы о том, как дьявол в образе молодых женщин совращает монахов, отшельников и затворников.

Неудовлетворенная сексуальная потребность может трансформироваться не только в религиозное чувство, но и в садизм — половое извращение, характеризующееся страстью к жестокостям, мучительству, к получению наслаждения от созерцания чужих страданий. Термин «садизм» вошел в обиходную речь от имени французского писателя маркиза де Сада, страдавшего этой формой полового извращения.

Среди средневековых инквизиторов было большое количество садистов в точном психиатрическом смысле, получавших сладострастное удовлетворение при изуверских пытках женщин.

Но стоит ли вспоминать историю? Возможно, все это кануло в Лету и человечество избавилось от ужасов средневековья? Увы, еще не совсем.

В капиталистических странах до сих пор производят изгнание бесов. В подтверждение сказанного обратимся к фактам, о которых сообщала зарубежная пресса. Так, в феврале 1974 года в городке Дейли-Сити (США) местный священник Карл Пэтцельд изгонял бесов, «вселившихся» в семью, состоящую из мужа, жены и двухлетнего ребенка. В 1975 году святоши из «Христианского братства» местечка Хэйверкрофт (Англия) с двумя священниками Винсентом и Смитом связали веревками некоего Майкла Тейлора и устроили обряд «изгнания бесов». Всю ночь продолжалась средневековая церемония. Его истязали. Вокруг него плясали, вопили и выкрикивали заклинания. К концу церемонии, когда у Майкла помрачилось сознание, его одного отпустили домой. Вернувшись домой, он убил свою жену Христину, 29 лет, имеющую пятерых детей. «Заклинатели» не понесли никакого наказания.

Жертвой обряда «изгнания бесов» в 1976 году стала студентка по имени Аннелиза Михель, обучавшаяся в Вюрцебургском университете (ФРГ). Изгнание проводилось пастором Арнольдоа Ренцу под идейным руководством епископа Штангля. Несчастную девушку морили голодом, истязали, не давая спать по нескольку суток подряд. Изуверство закончилось смертью девушки. «Очистившаяся от сатанинской силы душа Аннелизы, — сказал пастор убитым горем родителям покойной, — вознеслась к престолу всевышнего…»

Или еще пример. В 1985 году толпа прихожан церкви Святого Михаила в городе Йорке (Англия) устроила над женщиной насильственный ритуал изгнания дьявола только потому, что она, выпускница факультета философии Йоркского университета, заявила, что не верит в существование дьявола.

В 1974 году кинорежиссером Уильямом Фридкином в США был выпущен фильм «Экзорцист» («Изгоняющий дьявола») по роману американского писателя Блэтти. События происходят в наши дни. Сюжет фильма сводится к тому, что в 12-летнюю девочку вселяется дьявол. Девочка до неузнаваемости меняется внешне: глаза становятся водянисто-белыми, злыми, лицо распухает и покрывается кровоточащими язвами, она кричит грубым, страшным голосом. Врачи оказались бессильны. Дьявола берутся изгнать из девочки два священника. На экране воспроизводится церемония (с протокольной точностью) изгнания бесов, как это делалось в средневековье, а совершаемые демоном действия (передвигается мебель, поднимается в воздух кровать и т. д.) придают сверхъестественному зримый характер.

В своем мистическом фильме ужасов Фридкин употребляет сильнодействующие натуралистические средства (кровь, зеленая гуща, извергаемая одержимой, ругательства и богохульства, которыми устами девочки вещает дьявол, вывернутая на 180 градусов голова пожертвовавшего собой священника и др.), безусловно, травмирующие психику зрителя, «Я не мыслитель, — заявил Уильям Фридкин, — я делаю коммерческое кино». И хотя фильм создавался в расчете на сенсационный коммерческий успех, преследовалась и другая цель — убедить зрителя в реальности существования духов и провести идею бессилия современной пауки. Для достижения этой цели в качестве консультанта по дьяволизму в съемках фильма участвовал вице-президент католического Джорджтаунского университета (США).

После выхода фильма на экраны в прессе появилось много статей, претендующих на исследование природы дьяволизма, его характера и современных проявлений. Но главными экспертами в оценке фильма оказались священники. В статье, опубликованной в солидной буржуазной французской газете «Монд», аббат Марк Орезон писал: «Дух зла — в сердцах людей. Ему абсолютно не нужен «псевдодемон», который передвигает кровати и разыгрывает более или менее мрачные шутки. В двадцатом веке особенно важно не путать веру со спиритизмом». В то же время парижский экзорцист отец Жеслан после просмотра фильма утверждал: «Дьявол существует, я с ним встречался».

«Экзорцист» вызвал к жизни множество подражателей. Кинотеатры на Западе в настоящее время заполнены сериалами фильмов, посвященных теме дьявола. И все чаще какая-то часть зрителей приходит к священникам с просьбами выгнать бесов из них самих или их родственников. Другая часть обратилась к соответствующей литературе, чтобы подробнее ознакомиться с методами изгнания духов. «Ах, как он кричал! Но мы были обязаны так поступить, мы хотели лишь добра. Мы хотели лишь выгнать из его тела духа», — заявила одна западногерманская супружеская пара, до смерти забившая своего больного ребенка.

Результатом церковного дьяволизма, мистической литературы и кино явилось то, что на Западе, как в средневековье, периодически вспыхивают эпидемии «бесоодержимости».

В дореволюционной России «бесоодержимых» женщин звали «кликушами» (от слова «кликать», т. е. истошно кричать, вопить, выкрикивать). У мужчин подобное состояние называется «мерячение».

Много сделали для рассеивания тумана вокруг «бесоодержимых» русские психоневрологи еще в дореволюционный период. В. М. Бехтерев в предисловии к книге психиатра Н. В. Краинского «Порча, кликуши и бесоодержимые как явление русской народной жизни» писал, что «все существующие наблюдения говорят за то, что болезненное состояние, о котором идет речь, развивается на истерической почве. За это говорит не только припадочный характер, выражающийся криком, падением и целым рядом беспорядочных движений при существовании полной амнезии относительно всего припадка, но и ряд других расстройств, как, например… анастезия тела во время самого припадка… поразительная склонность к повальному распространению болезни».

Патофизиологические механизмы истерии были раскрыты академиком И. П. Павловым. В многочисленных исследованиях он установил, что при врожденном слабом типе нервной системы в коре головного мозга при сильных аффектах (бурная кратковременная эмоция, например, страх, ужас) развиваются тормозные процессы.

Распространение торможения на более обширные районы коры полушарий головного мозга приводит к освобождению подкорковых автоматизмов из-под контроля актуального «Я». При этом появляются судорожные припадки и другие аффективные реакции. У больного наряду с приобретенными автоматизмами высвобождаются врожденные. В разряд последних входит и подражание, которое интенсивно функционирует в детстве, но с возрастом контролируется.

В основе распространения психических эпидемий лежит именно механизм подражания.

Однако для развития истерии необходимы определенные условия. Одним из них является физическое и психическое истощение человека. В дореволюционной России крестьянок до физического и психического истощения доводили непосильным физический труд, слишком раннее материнство, бесправное положение в семье.

Другим условием являлось невежество и постоянный суеверный страх перед ведьмами и колдунами, напускающими порчу, перед духами, вселяющимися в человека и строящими разные козни, наводила ужас и вполне реальная угроза быть обвиненной в колдовстве.

В нашей стране в результате коренных социальных преобразований кликушество почти полностью исчезло. Это обусловливается высоким уровнем благосостояния, культуры, избавлением женщин от изнуряющей физической работы, заботой со стороны органов здравоохранения. «Бесоодержимость» в наши дни развивается только в результате психических расстройств и религиозного воспитания.

[10] Цит. по кн.: Шейнман М. И. Вера в дьявола в истории религии, — М., 1977.