Ростом тот был чуть выше метра, на изрезанном глубокими морщинами лице выделялся крупный крючковатый нос, чёрные глаза почти без белков напоминали бусины и злобно поблёскивали в свете огня, губы растянулись в ухмылке и обнажили кривые жёлтые зубы. Чжао Юньлань присел на корточки и спросил:
– Ты кто такой?
Существо возмущённо прохрипело:
– Глупый мальчишка, ты не знаешь высоты неба и глубины земли.
– Вижу, ты знаешь. Ну же, просвети.
Усмиритель сунул сигарету в зубы, ловко подбросил зажигалку и прикурил. От мятного дыма тварь закашлялась и отстранилась, но Чжао Юньлань не спешил освобождать её из пут.
– Про какую сделку ты там болтал?
– А тебе есть что предложить?
Усмиритель душ сощурился:
– Значит, Кисть добродетели у тебя? – Он стряхнул пепел и приподнял пленника за ворот. – Никогда не поверю, что в лапах такой твари оказался один из четырёх великих артефактов. Говори, кто подослал тебя ко мне?
Лицо коротышки исказила ухмылка, усиливающая его сходство с птицей.
– Тот, с кем тебе лучше не шутить.
– Шутки плохи с моей матерью и будущей женой, ты о которой из них? – Усмиритель швырнул пленника на землю. – Я теряю терпение. Быстро отвечай, пока я тебя не прикончил!
В глазах коротышки сверкнул странный огонёк.
– Меж ветвями сюй Западного моря и хай Северного в ста тридцати тысячах ли от берегов, окружённая Слабой водой…[10] Распахнёт ворота Чанхэ, откроет путь к Небесным вратам…[11] Велика та сила и величественна… Ты это помнишь?
– Нет, у меня в школе по литературе двойка была.
Коротышка усмехнулся и скрюченной рукой вытащил из-за пазухи золотой колокольчик размером с ладонь.
– Его ты тоже забыл?
По спине Чжао Юньланя поползли мурашки. Такие колокольчики часто использовали для призыва душ, а его душа как раз была уязвима из-за нехватки огня на плече. Не раздумывая, он с размаху наступил ногой на руку пленнику и попытался схватить артефакт, но тот словно весил тысячу цзиней. Усмиритель скривился от острой боли в запястье, а тварь разразилась жутким смехом:
– Весь такой из себя грозный, а сам даже колокольчик поднять не может! Ха-ха-ха-ха-ха, в жизни ничего нелепее не видел! Ты и впрямь простой смертный!
Порыв ледяного ветра качнул колокольчик, послышался тихий звон. Чжао Юньлань насторожился. В следующее мгновение он точным ударом кнута отправил налетевший призрачный огонёк в дерево. Но расслабляться было рано: ветер принёс новые огоньки, и Усмиритель, отбиваясь, попятился.
Из могильных холмов вновь потянулись костяные руки. Коротышка медленно поднялся в воздух, за его спиной быстро сгустилась стена из призрачных огней. Золотой колокольчик на его пальце по-прежнему тихо звенел, призывая тёмную энергию со всей округи. Из высохшего дерева хлынул белый туман, гнездившиеся в его ветвях вороны с криком устремились в небо. Тусклый месяц окрасился в кроваво-красный.
Ничего хорошего эта ночь не сулила. Чжао Юньлань решил не лезть на рожон и бросился в сторону леса, на ходу бормоча: – Чего ты взъелся? Ты ведь даже не объяснил, зачем заманил меня сюда! Вряд ли чтобы подраться. Я целыми днями просиживаю штаны в кабинете, даже спортом не занимаюсь, какой из меня соперник? Может, решим всё миром?
Несколько минут назад он безжалостно сломал коротышке руку, а теперь вдруг заговорил о мире – тварь в ответ лишь холодно фыркнула.
За Чжао Юньланем неотступно гнались призрачные огоньки. Ощутив спиной жар, он цепко ухватился за ветку, подтянулся и, когда преследователи промчались мимо, опустился на землю.
– Воскрешаешь мёртвых, подчиняешь себе блуждающие души… Может, ты последователь призрачного пути? Хотя нет, те обычно избегают общения с живыми: боятся разбавить чистую энергию инь, вспомнить о своей прежней жизни и пробудить внутренних демонов. Так неужели ты служишь преисподней? Какому из судилищ?
– Вот ещё, преисподняя мне не указ!
– А, я понял. Значит, ты оборотень. Из какого клана?
Повисла тишина. Коротышка понял, что проболтался, и плотно сжал губы. На щеках Чжао Юньланя проступили ямочки.
– Не говори, я сам. Судя по твоему виду, ты из клана Чёрных воронов, тех, что слышат голоса мёртвых, я прав? Обязательно навещу вашего старейшину, когда вернусь! Я всегда неплохо ладил с оборотнями. Закадычными друзьями, конечно, нас не назовёшь, но при встрече ведём себя вежливо. Так для чего вы это устроили?
[10] Это описание горы Куньлунь из сборника мифов «Записки о десяти сушах посередь морей». Сюй (собака) и хай (свинья) – названия земных ветвей, которые в данном случае обозначают направления. Сюй указывает на западо-северо-запад, хай – на северо-северо-запад. Слабая вода (Жошуй) – мифическая река под горой Куньлунь.
[11] Цитата из «Хуайнаньцзы», которая описывает отрезок пути древних возничих Фэн И и Да Бина на Небеса по горе Куньлунь.