– Там, кажется, хорошее место. Расположите все вон там.
Все мужчины в желтом направились туда с столом и стульями.
Лэй повернулся к Бэнксу:
– По-твоему, она выглядит так, будто ее кто-то тронул?
– Прошло уже несколько дней с момента нарушения, – Бэнкс раздувал ноздри. – Как только ты узнал, что она моя кузина, ты должен был...
– Погоди, – Димитрий округлил глаза и указал в сторону «Цветка лотоса». – Это что, русалки?
Все обернулись туда, кроме Бэнкса, Лэя и меня. Я шагнула к Бэнксу и тихо сказала:
– Прекрати это.
Бэнкс не сводил взгляда с Лэя:
– Мони, это дело синдиката «Алмаз». Позволь нам разобраться, как мы считаем нужным...
– Ты хотел устроить барбекю. Я пошла тебе навстречу. – Я развела руки. – И что вот это такое?
– Я подумал, раз уж мы все здесь...
– Хуйня это все, – Похоже, я сказала это громче, чем собиралась, потому что все разом уставились на меня. И… раз уж я была так яростно зла на своего кузена, я не стала отступать и затыкаться. Я уже начала, так что, к черту, продолжу.
– Для вас четверых барбекю закончено. – Я указала на Бэнкса, Марси, Тедди и даже на Смартера, а потом показала в сторону вертолетов:
– Вы же знаете, я не терплю такого дерьма. Ни капли уважения. Как говорится: вам не обязательно идти домой, но отсюда вы, блять, уходите.
Первой заговорила Марси:
– Мони, мы просто пытаемся быть на твоей стороне...
– А вы должны были пить пиво и просто охуенно расслабиться, – Я не могла успокоиться. Все это напоминало мне старые времена, когда летом мне приходилось напоминать этим долбоебам, что они мне не гребаные папочки и не имеют права указывать, что мне делать.
Лэй продолжал молчать. Я понятия не имела, что у него творилось в голове. Возможно, он был рад, что я все это заканчиваю. А может, ему было стыдно, что я влезаю в дела Синдиката.
Мне было плевать.
Сначала тетя Бетти меня достала с этим своим «давай устроим свадьбу в твоем саду» и целой толпой церковных подружек.
Потом появились мои сестры со своими мелкими обидами, и, хотя я их понимала… у меня просто больше не было сил выносить все это дерьмо.
– Честно? Можете все спокойно возвращаться на Юг. – Я поставила руки на бедра.
– Нарушение Закона 480? Вы, блять, серьезно сейчас?
Смарти уставился в край своей книги. Вдруг Тедди или, точнее, теперь уже Ганнер – решил разглядывать свою нелепую татуировку с пистолетом на руке, будто она куда-то делась. Бэнкс понимал, что влип, но все равно пытался прожечь меня взглядом. Хватило его секунд на десять, пока он, наконец, не заметил боль на моем лице и не отвел глаза. Марси первым сменил позу, переместил вес с ноги на ногу и сказал:
– Не отменяй барбекю. Все так ждали этого дня.
– Тогда ведите себя с уважением и нормально, пока вы здесь.
Марси хрустнул шеей и тяжело выдохнул:
– Мони, ты должна понять...
– Я его люблю. Правда люблю...