S-T-I-K-S Молчание: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я подплыл к нему со спины. В воде движения были замедленными, как во сне. Тварь почувствовала меня, попыталась развернуться, махнула когтистой лапой. Я увернулся, перехватив его за шею.

В воде они еще более неуклюжие, чем на суше. Опоры нет. Я вонзил нож в основание черепа. Раз, другой. Тело обмякло, перестав дергаться. Теперь самое сложное. Споровой мешок. В воде всё скользкое, руки мерзнут. Я полоснул лезвием по затылку, нащупал паутину. Пальцы нашли твердые шарики. Вырвать. Зажать в кулак.

Воздух заканчивался. Легкие начали гореть.

Второй, тот что покрупнее, лежал чуть дальше. Он не дергался. Видимо, ударился головой о какую-то арматуру на дне при падении. Повезло.

Я рванул к нему. Времени всплывать и нырять снова не было — течение сносило плот. Нужно успеть.

Подплыл. Перевернул тяжелую тушу, пришлось повозиться, загоняя нож в затылок. Темная кровь густым облаком поползла в воде, закрывая обзор.

Наконец, есть. В ладонь легло что-то крупное. Еще один горох? Или просто сросшиеся спораны? Разглядывать некогда.

Я оттолкнулся от дна, работая ногами изо всех сил. Грудь разрывало. Перед глазами плыли черные круги.

Вынырнул я метрах в пяти от плота, жадно глотая воздух.

— Эй! — негромко крикнул я, привлекая внимание Кати. Она испуганно вертела головой, пытаясь удержать плот на месте неумелыми движениями шеста.

Я в несколько гребков добрался до борта, закинул добычу на настил, а потом подтянулся сам. Руки дрожали.

Катя смотрела на горстку окровавленных шариков, лежащих на автомобильном коврике.

— Ты псих, — констатировала она. В её голосе было больше удивления, чем осуждения.

— Я жив, — парировал я, вытирая лицо мокрой майкой. — И теперь мы стали богаче.

Я пересчитал добычу. Четыре обычных спорана и один крупный, бугристый. Не горох, но что-то близкое, скорее всего, от перекачанного бегуна.

— Греби, — сказал я, указывая ей на середину реки. — У нас еще полдня пути, а я замерз как собака.

Она молча взяла второй шест. Руки у неё дрожали, ожоги на лице побагровели от напряжения, но она не жаловалась. Учится.

Мы плыли молча. Река постепенно успокаивалась, вырываясь из бетонных тисков промзоны. Берега стали ниже, снова потянулась зелень, но теперь она не радовала глаз, а вызывала паранойю. В каждом кусте мне мерещились голодные глаза.

Катя гребла. Неумело, часто сбиваясь с ритма, но упрямо. Я видел, как дрожат её руки, как на лбу выступает испарина, но молчал. Пусть привыкает. Здесь жалость убивает быстрее пули.

Солнце начало клониться к закату, окрашивая воду в багровые тона. Красиво и жутко. Словно вся река превратилась в артерию, из которой выпустили кровь.

— Зачем? — вдруг спросила Катя, не переставая работать шестом.

Я сидел на ящике, перебирая добычу. Спораны нужно было промыть от слизи и крови, но тратить на это питьевую воду я не собирался, а речной водой мыть — только заразу разносить. Пришлось просто обтереть их тряпкой, пропитанной спиртом.

— Что «зачем»? — переспросил я, разглядывая тот самый крупный, бугристый шарик. Он был странным. Темнее обычных, с какими-то прожилками.

— Зачем ты ковырялся у них в головах? Это… это какая-то валюта? Или трофей?

Она кивнула на горстку серых виноградин, лежащих на коврике.

— Это жизнь, Катя, — я спрятал добычу в герметичный пакет. — В самом прямом смысле. Видишь ли, тот мир, который ты знала, сдох. А мы — черви, которые ползают в его трупе.

Я зачерпнул ладонью воду из реки, понюхал её. Пахло тиной и гнилью.

— Ты, я, те твари на берегу — мы все заражены. В каждом из нас сидит паразит. Только кому-то повезло, и его иммунная система договорилась с подселенцем, а кому-то — нет.

— Я заражена? — она бросила весло, в ужасе уставившись на свои руки, словно ожидала увидеть там черные вены.

— Не истери, — я пинком пододвинул ей шест обратно. — Греби. Да, ты заражена. С первой секунды, как вдохнула этот воздух. Или выпила местной воды. Но ты иммунная. Редкий вид, вымирающий. Твой организм не превращается в биомассу, как у тех бегунов. Пока что.