Михаэль на это рассмеялся, теребя кристалл за цепочку на шее.
– Спасибо! Я что-то даже не ожидал, Мастер ничего мне не говорил!
– Для меня тоже это стало неожиданностью, – сказала подошедшая Мейбл. – Вы вроде сказали, что церемония только для детей, Мастер Монтгомери.
– Хотел устроить сюрприз, – ворчливо отозвался Кейран.
– А разве Йелю ничего не будет от кристалла? – спросил Джек.
– Он же Цзинь. Божество, а не Грех, поэтому на него кристалл хоть и реагирует, но Йель сможет его носить. – Кейран скрестил руки на груди. – Осталось навести тут порядок. Как оказалось, работы непочатый край.
– Орден явно в надежных руках, – улыбнулась Мейбл.
– Не перехвали, – фыркнул Кейран.
– Ну, с Мастером Монтгомери-то шутки не пошутишь, – протянул Джек. – Хочешь не хочешь – порядок будет.
Никто не стал возражать на этот счет. Вскоре к ним подошли Йохим и Вальтар, чтобы лично поздравить первых посвященных Мастеров после Инкурсии и возвращения Ордена. Кристалл одобрительно сиял прозрачными гранями, его нежный свет успокаивал, и даже Грехи чувствовали себя рядом с ним нормально. Грейден смотрел в безмятежные лица статуй Четырех Божественных Братьев и думал о том, что для Крестейра все еще не закончено, но этот бой они точно выиграли. И кто знает, может, в скором времени Эрха снова даст о себе знать, и тогда мир будет окончательно возрожден.
А до тех пор у них есть целая команда и они все будут защищать Крестейр.
Эпилог
Поезд издал длинный гудок, возвещая о своем прибытии. Из двойных дверей здания вокзала высыпала толпа людей с саквояжами и чемоданами. Загремели металлические тележки носильщиков. Железнодорожный служащий занял свое место у чугунной арки с выпуклым круглым циферблатом часов и висящим под ними новеньким колоколом. Когда придет пора отправляться, он прозвонит трижды, и двери поезда закроются, увозя пассажиров прочь с обледенелой станции под такой же протяжный гудок, что и по прибытии.
Грей поднял повыше воротник драпового пальто. Январь выдался непривычно холодным, бесконечно продолжал идти снег, засыпая улицы белым покрывалом. Анни Ферия прошла, и все вокруг убирали украшения, отчего улицы казались совсем тоскливыми и пустыми в зимнем безмолвии. В сгущающихся сумерках загорались теплые огни фонарей на платформе, и в их свете медленно кружились хлопья снега.
– Даже не верится, что они уезжают, – тихо сказала Мейбл.
– Нам было бы сложно ужиться с Хайнцем на одной территории, – ответил ей Фергус, доставая из внутреннего кармана кричаще-яркого горчичного пальто портсигар. Он по привычке протянул его Грею, и тот взял сигарету, тут же прикуривая от любезно подставленной зажигалки.
– Я слишком привыкла к нашей огромной компании, – грустно улыбнулась ведьма. На ней была смешная меховая шапка, толстый клетчатый шарф и длинное пальто.
– Настоящее безумие. Лезут прямо на голову в очереди. Говорил им, надо было выкупить весь поезд и ехать одним, – проворчал подошедший Хайнц, и Фергус резко выдохнул дым.
С ним рядом отряхивались от снега Алоизас и Хальвард. Они втроем долго стояли в очереди у контролера, ставившего печати на билетах, перед посадкой на поезд до Бигхвета, из которого дальше отправятся в Олрок и оттуда до Нарвала – столицы Гелид-Монте.
– А я говорил, что надо раньше пойти, пока народ грелся в здании, – вздохнул Алоизас. – Вот вы оба меня не слушаете.
– Надо было выкупить поезд и ехать спокойно, – снова повторил Хайнц, нахохлившись.
– Нам еще понадобятся деньги в Гелид-Монте. Нечего тратиться понапрасну, – ответил Хальвард.
– Мне бы хватило на все… – не унимался Пернатый.
– Все в порядке с билетами? – спросил Грей, выдыхая дым.
– Да, просто толпа такая, как будто поезд отчалит вот сейчас, а не через двадцать минут. Еще даже посадку не… – Конец фразы Алоизаса утонул в звоне колокола.
Железнодорожный служащий сообщил в рупор о том, что начинается посадка на поезд до Бигхвета.
Хальвард издал добродушный смешок, щурясь на брата единственным глазом. Хайнц обернулся на поезд, затем порылся в кармане подбитого мехом пальто и передал Алоизасу два билета с изображением дворца императора.
– Вот, держи. Пойду первым, подожду вас внутри, – тихо сказал Грех. Затем посмотрел на всех, задержавшись взглядом на Фергусе и Грее, и натянуто улыбнулся:
– В Бигхвете мы заедем в храм Создателя и проследим за тем, как идет восстановление. Оттуда отправим письмо с новостями. Было приятно с вами сотрудничать.
Алоизас обернулся, когда Хайнц несколько торопливо поспешил к проверяющему билеты проводнику у вагона. В окнах уже горел теплый свет, виднелись усаживающиеся по местам люди.