— Я вам потом расскажу о городе, рента. Итак, рент и рена Штребель. Элиас и Анна Штребель. Они уже в годах, ей полезен горный воздух, и они решили приехать сюда, поселиться. Сдали свой дом и живут на вырученные за него деньги. И рента Изабелла Бак. Швея. Я вас познакомлю со всеми завтра, с утра.
— Я буду вам очень благодарна, рена Шафф.
— А вот и ваша комната.
Мансарда была невелика, но производила приятное впечатление. Скошенная крыша не сильно мешала, да и не такой высокий рост у девушки. Комната была поделена на две зоны, в одной, у окна, шкаф, стол и стул, в другой кровать. Больше там ничего не помещалось. Окно было одно, но большое.
— Очень уютно, рена Шафф. И покрывало такое красивое.
Покрывало собирала сама рена Шафф, так что комплимент пришелся ей по душе. Лоскутное шитье — вот что выручает хозяйку в тяжелые времена. Оттуда клок, отсюда — и готово уже покрывало. Или коврик, или скатерть, накидка на кресло — да много чего можно придумать! Обидно же, старая, но еще хорошая вещь, а ее на тряпки или на помойку! Хозяйственная женщина такого не допустит[3].
— Да, я его почти два месяца делала, — невольно похвалилась Астрид.
— Рена, вы это сами? Правда?
И такое детское удивление было в голосе девушки. Астрид невольно улыбнулась.
— Конечно.
— Рена… а вы не могли бы меня научить… конечно, я заплачу. Пожалуйста?
И взгляд был такой умоляющий. Она не врала, не подлизывалась, ей просто… хотелось? Астрид кивнула.
— Поучу. Начните работать, рента, появится время, и я вас поучу.
— Спасибо огромное!
Улыбка сделала девушку почти хорошенькой, но сейчас Астрид не испытала ревности или раздражения. Ладно уж, поучит она дуреху… понятно же все! Ну кто там может выйти из общежития? Какой великий специалист? Небось и по хозяйству управляться не умеет, и не знает ничего… так?
Рена Шафф получила подтверждение сразу же.
— Да. Нас кормили в столовой, а я старалась много учиться. Диплом для меня был важнее всего, я надеялась, что потом у меня будет время научиться.
— Вот тут и поучишься. Небось муж неумехе спасибо не скажет за грязь в доме, драные рубашки да тухлую рыбу на столе.
Девушка словно съежилась, ссутулилась.
— Я… вряд ли я выйду замуж, рена.
Астрид махнула рукой.
Она и сама отлично понимала многие вещи. Брак — дело такое, либо выгоду ищут, либо любовь, только о первом тут речи не идет, а любовь…
Ага, некоторые готовы тебе в чем хочешь клясться, только вот обман все это, подлость!
— Может, и не выйдешь. — А чего врать-то? Вроде и девчонка неглупая. — Но не век же тебе по чужим углам скитаться, рано или поздно свой будет. Я смотрю, ты девочка неглупая, заработать сможешь, а в своем доме много чего уметь надо.
— Да, рена Шафф.
— Отдыхай, рента. Я тебе сейчас чай принесу и хлеба с сыром. Ты горячие бутерброды ешь?
А то не видно, какие у девчонки глаза голодные! Кто ее там кормил, в поезде? А может, и раньше поесть не успела?
— Я все ем, рена, спасибо огромное! Сколько я буду должна? — Девушка уже выложила четыре ассигнации на стол, и Астрид хозяйственно прибрала их в карман.
— Ладно уж! Считай за сегодняшний завтрак.
— Благодарю вас, рена Шафф.
[3] Техника пэчворк, если уметь — здорово получается.