— Барон Ратель, который должен был жениться на старшей дочери семейства, разорвал помолвку. И женится на младшей.
— Интересно, чем ему старшая девчонка не угодила? Поди, загуляла с кем?
— Или получше партию нашла.
— Всякое бывает, через неделю почитаем, в следующем номере и скажут. О, рента Баррет? Мы и не услышали. — Мария приветливо помахала рукой. — Добрый вечер.
— Рена Шаллер. — Девушка отмерла и шагнула в кухню, улыбнулась. — Здравствуйте. Рада вас видеть. Простите, я не успела вас еще поблагодарить за советы. Вы мне очень помогли! Рена Шафф, я принесла посуду. Куда поставить?
— Вон туда, завтра с утра посудомойка придет, помоет, — махнула рукой почтенная рена. А что? Приготовить-подать она и сама может, на этом сэкономить несложно. А вот стирку и посудомойку лучше оплатить, не так оно дорого, зато руки целы будут. А ручки-то родные, их жалко холодной водой да щелоком травить.
— Спасибо вам огромное за гостеприимство. — Девушка аккуратно поставила поднос и повернулась к двери. Почтенные рены переглянулись.
— Может, посидишь с нами, рента?
— Я… простите, я так с дороги устала. — Девушка и впрямь выглядела серой, словно лист бумаги. — Я посуду принесла и хотела спать лечь.
— Это правильно. — Рена Шафф понимающе кивнула. — На работу-то когда пойдешь?
— Завтра с утра и отправлюсь. Бюро ведь завтра работает?
— Да.
— Тогда сразу же после завтрака.
Рена Шафф качнула головой, а потом взяла чистую рюмку и налила в нее наливки.
— Выпей-ка. Для хорошего сна. А то и так бывает: когда устаешь и спать хочется, а уснуть не можешь. Возраст у тебя вроде и небольшой, но лучше добавить сонного зелья.
— Спасибо, рена. С вашего позволения.
Элисон взяла рюмку и одним глотком прикончила содержимое. Потом поставила посудину к остальным грязным тарелкам, попрощалась и прикрыла за собой дверь кухни.
— Неплохая вроде девочка, — переглянулись сплетницы. — Но мы еще посмотрим, послушаем…
Наливка подействовала просто отлично. Элисон едва успела раздеться и упасть на кровать, как в голове загудело, а глаза сами закрылись.
Спать?
Спа-а-а-а-а-а-ать!
К завтраку Элисон спустилась ровно в семь утра, и будить ее не пришлось. Оказывается, у комнаты в мансарде есть один жирный минус… или плюс, кому как. Если ты жаворонок, то плюс, солнышко встает рано, и в пять утра в комнате уже светло как днем. А вот если сова…
Элисон всю жизнь была совой-сплюшкой, но наглые солнечные лучи не дали ей шансов увернуться. Пролезли под плотное одеяло, защекотали нос, нырнули под подушку…
Пришлось вставать и умываться.
Старенькие часы показывали шесть утра, так что Элисон спокойно отправилась в уборную, потом в душ… Вода была не то чтобы холодной. Скорее условно теплой, как в речке. И с воплем: «спасите-помогите-замерзаю» не вылетишь, и долго не постоишь, наслаждаясь приятным теплом и струйками на коже. Мыло в такой воде даже почти и не пахло.
Лисси быстро смыла грязь и убежала к себе в комнату, под одеяло. Хоть чуточку согреться. Теплое… хорошо. Минут пятнадцать стука зубами, и можно вылезать. Скоро там завтрак?
И что надеть?
Вот вопрос… коричневое платье теперь только в стирку, после поездки. А вот темно-серое можно. Сумка, туфли — все удобное, немаркое и неубиваемое, благородного черного цвета. Сумка размером с мешок для картошки, зато помещается все, и еще немного больше.
Туфли, несмотря на свой жуткий вид, удобные. Квадратный нос, небольшой каблук, никаких украшений.
Волосы зачесать назад, надеть ободок, чтобы лохмы не лезли в глаза. Вот так. Можно без плаща и без шляпы, все же на дворе начало лета.