— Стой, — дергаю Аню на себя, но она внезапно просыпается, толкает меня.
— Нет уж, я пойду, трахну японца, чтобы избавится от тебя.
Избавится от тебя. Впервые в глазах Ани полыхает такая неприкрытая злоба и ненависть. Это другое, это взгляд человека, готового на убийство.
Я хватаю ее за запястье и вдруг натыкаюсь взглядом на пистолет, который направлен прямо на меня. Артем тут же встает передо мной, но если начнут палить, это не поможет. Не впервые в такой ситуации, но сейчас страшно за Аню. Чего – чего а смерти я не желал никогда.
— Джамуто, расскажешь, в чем дело?
— Это ты мне расскажи, русский, почему мне поступила информация, что твоя жена планирует убить меня?
— Это не так! — кричит она сама. – Я хотела попросить вас убить мужа!
Я теряюсь в пространстве, уже реально мало что понимая, хотя одно точно, кто – то пытался нас с японцем стравить. Но кто и зачем.
Уведи ее, — толкаю Аню к Артему. Она сопротивляется, кричит о том, что должна сделать, а я прямо под дулами пистолетов иду к японцу и заглядываю в глаза.
— Твое оборудование самое лучшее в мире. Только благодаря ему я смогу добывать нефть долго и плодотворно. Какой мне резон тебя убивать? Что я с этого поимею?
Японец щурится, насколько это возможно, не отводит взгляд и коротко кивает. Люди опускают пистолеты.
— А ты смелый русский. Планировал положить под меня жену?
— Я могу предоставить сколько угодно самых умелых, сладких девочек, но Аня только моя.
— Тогда разберись внутри своей семьи, потому что кто – то очень хочет тебя подставить и возвращайся. Я отдам тебе оборудование.
— Только мне одному.
— Я не нарушаю слов. Знаю, что ты тоже.
— Тогда я вернусь через неделю. Приятного аппетита.
— Я распоряжусь, чтобы ужин доставили вам в номер, — кивает он и я развернувшись ухожу. Злость клокочет в горле, я подхожу к машине. Артем стоит у нее, курит.
— Сам доберешься.
— А вы…
— А мы прокатимся…
Сажусь за руль, киваю на Аню яростный взгляд и стартую с места.
— Расскажешь мне Аня, с какой стать решила меня убить?
— А что, мало поводов?
— А на что ты готова, чтобы меня убить.
— На все!
— Даже умереть? – врубаю последнюю передачу и давлю на газ, позволяя машине разогнаться до своего предела.
— Ты больной! Мы сейчас врежемся!
— Более того, мы можем сейчас умереть. И знаешь, мне нравится мысль, что ты последнее что я увижу.
— Мне не нравится! Останови! Останови машину!!