— Тогда, когда поешь.
— Но я не хочу!
— А мне плевать! За три дня ты нихрена не съела! Хочешь потом обвинить меня еще в своей смерти?
— Ты… — она поднимается. Идет к столу и плюхается за него, чтобы поесть. Но уже через несколько минут ее вдруг мутит, и она убегает в туалет. Запирается там. Я подхожу к двери и слушаю, как ее рвет.
— Аня…
— Уйди! Я ненавижу тебя.
— И давно тебя рвет?
— Два дня. Ничего в рот не лезет.
Перед глазами стройное тело и собственные эмоции от очередного оргазма. Оргазма внутри нее.
Она открывает двери, мокрая от воды. Толкает меня и уходит в спальню.
— Вызови врача. Нужна капельница, — говорю Артему в его комнате. Он кивает, бросает дела и идет выполнять поручение. Я же иду к Данилу и полночи рублюсь с ним в приставку, прокручивая в голове снова и снова каждый наш секс с Аней и те моменты, когда я кончал внутрь нее. Слишком часто, почему-то даже не задумываясь о том, что она может забеременеть.
Тогда после огнестрельного в пах, мне сказали, что мои репродуктивные функции нарушены. У меня и мысли не могло возникнуть, что я смогу иметь детей. Да мне и не хотелось. Не с моей профессией. Но Аня беременна. И я точно знаю, что от меня. Вот только понятия не имею, что при этом чувствую.
***
Информация для тех, кто читал историю "Невинная для жестокого босса" Сегодня я начала писать продолжение. Называется "Наследник жестокого босса"
Глава 33. Аня
Не знаю зачем, но приходит врач и ставит капельницу. Осматривает меня, разве что между ног не лезет. И как бы мне не нравилось присутствие этого с виду важного доктора, буквально через час, полтора мне становится гораздо легче. Сплю хорошо, хотя просыпаюсь посреди ночи, чтобы набрать тетю Люду и рассказать, что все провалилось и Давид все знает. Нужно понять, как действовать дальше… Вот только моего телефона нигде нет. И я кажется знаю, кто его забрал. Встаю с постели, натягиваю халат и иду в кабинет, где в темноте видно только подсвеченное лицо Давида. Он спит прямо на столе. Рядом бутылка с виски. Обхожу его в поисках своего телефона, но вместо него смотрю на экран ноутбука. Там видно фотографию моего паспорта, который я получила уже будучи в детском доме. Вернее копия. И на ней подчеркнута фамилия. Читаю «ЛЕсовская». Странно это, ведь я помню, что я ЛИсовская.
Дергаюсь, когда Давид что – то мычит, потом поворачивает голову и открывает глаза.
— Сколько времени?
— Не знаю, ночь еще.
Он трет переносицу, смотрит в экран, потом на меня.
— Иди собирайся, скоро в аэропорт ехать. И Данилу разбуди.
— Что это?
— Что?
— Зачем тебе копии моих документов? Планируешь избавится от меня, как от моих родителей? Еще и телефон забрал, чтобы я тетю Люду не смогла предупредить. Ты уже и к ней киллеров отправил? Ну что ты молчишь?! Почему не оправдываешься?!
Он вдруг дергает на себя ящик в столе и достает пистолет, блеснувший сталью в темноте.
— Хочешь убить меня прямо сейчас? Давай! — кричу. – Ты мне все равно нормальной жизни не дашь. Лучше умереть, чем сосать убийце своих родителей.
Он берет пистолет, хватает мою дрожающую руку и укладывает сверзу на оружие, выставляя пальцы так, что указательный оказывается на спусковом крючке, а дуло смотрит прямо ему в сердце.
— Нажимай.
— Ты… С ума сошел? Я же выстрелю? Думаешь хороший секс что – то изменит? Думаешь я хоть секунду пожалею о случившимся?
— Этот пистолет останется у тебя. Сможешь застрелить меня в любое время, но прежде чем ты это сделаешь, давай разберемся, что же случилось пять лет назад.