Конечно. Потому что через «ГрандСтрой» проходят все его темные схемы.
— А алименты?
— Пятьсот тысяч в месяц на Савелия.
Приносят заказ. Руслан нарезает стейк и жует, будто ни о чем не беспокоится. А я сижу и думаю: неужели он считает меня настолько глупой?
— Руслан, а откуда столько свободных денег? — спрашиваю я невинно. — В прошлый раз ты говорил, что у компании проблемы с ликвидностью.
Он поднимает глаза от тарелки.
— Продам несколько объектов. Найду деньги.
— Каких объектов?
— Злата, какая разница? Главное, что ты получишь справедливую долю.
Справедливую... Если бы он знал, что я знаю о его справедливости.
— А что, если я захочу больше?
Руслан кладет вилку и смотрит на меня внимательно.
— Больше не получишь. Это максимум, на что я готов пойти. А потом, мы же договорились.
— Даже если у меня есть основания требовать больше?
— Какие основания? — В его голосе появляется настороженность.
— Ну, например, если выяснится, что ты скрывал доходы. Или имеешь активы, о которых я не знала.
Лицо Руслана не меняется, но я замечаю, как он крепче сжимает бокал с коньяком.
— О чем ты говоришь?
— Ни о чем конкретном. Просто гипотетически.
— Злата, у тебя есть какая-то конкретная информация или ты просто пытаешься уколоть меня, не имея ничего конкретного?
Вот он и выдал себя. Спокойный тон, но глаза бегают. Нервничает.
— Я просто думаю вслух. Двенадцать лет брака — это много. Мало ли что могло остаться незамеченным.
— Все наши доходы официальные. Налоговая проверяла компанию два года назад — никаких нарушений.
Налоговая... А швейцарские банки налоговая проверяла?
— Конечно, — соглашаюсь я. — Ты же честный бизнесмен.
Руслан допивает коньяк и машет официанту — ещё один.
— Злата, ты согласна на моё предложение или нет?
— Дай подумать до завтра.
— До завтра? Злата, это отличные условия. Любой адвокат скажет — лучше не добьёшься.
— Может быть. Но я все-таки хочу посоветоваться со своим юристом.