Чёрта с два. Двенадцать лет я ждала. Хватит.
Распахиваю дверь кабинета и замираю на пороге. Руслан сидит за своим массивным дубовым столом — царь и бог строительной империи. Вокруг стола пять мужиков в дорогих костюмах склонились над чертежами. Деловая атмосфера, серьёзные лица, миллионные сделки.
Сейчас я всё это разрушу.
— Господа, совещание окончено, — говорю я холодным голосом, не сводя глаз с мужа.
Партнёры поднимают головы, смотрят на меня с недоумением, потом переводят взгляд на Руслана. Тот медленно встаёт из-за стола, и в его карих глазах я читаю смесь раздражения и тревоги.
— Злата, что ты здесь делаешь? — голос натянутый, как струна.
— Заканчивайте, — повторяю я партнёрам, не отвечая мужу. — У меня к нему личный разговор.
Мужики начинают собирать бумаги, бормочут что-то о переносе встречи. Один из них — седоватый, с пузом, — пытается возразить:
— Злата Владиславовна, но у нас важные вопросы по объекту...
— Важнее этого ничего нет, — обрываю я его.
Руслан машет рукой партнёрам:
— Олег Петрович, перенесём на завтра. Я вам перезвоню.
Когда дверь за последним из них закрывается, воздух в кабинете становится электрическим. Руслан подходит ближе, его лицо потемнело.
— Как ты смела ворваться...
Я швыряю папку на его стол. Документы рассыпаются по дорогой глянцевой поверхности, как карты в руках шулера. Некоторые листы падают на пол.
— Зарубежные счета в Швейцарии, Германии, Лихтенштейне, — перечисляю я, тыкая пальцем в бумаги. — Подставные фирмы, фиктивные договоры. Ты вывел из России больше пятидесяти миллионов долларов, Руслан. Интересно, что скажет налоговая?
Руслан замирает. Его лицо становится мертвенно-бледным, будто он увидел призрак. Он медленно обходит стол и приближается ко мне. В его глазах впервые за всё время нашей войны я вижу не гнев и не презрение — я вижу страх. Настоящий, животный страх человека, которого поймали с поличным.
— Где ты это взяла? — хрипло спрашивает он.
Мне хочется рассмеяться ему в лицо. Вот он каков, мой непобедимый муж! Готов раздавить меня в борьбе за имущество, а сам дрожит как загнанный зверь.
— В нашем доме. В подвале, который ты считал своим личным сейфом, — торжествующе улыбаюсь я.
Боже, как же мне нравится эта игра! Впервые за месяцы нашей войны я чувствую, что держу в руках козырные карты.
— Двенадцать лет брака, а я не знала, что живу с преступником.
— Злата, ты не понимаешь...
— Что именно я не понимаю? — перебиваю его я. — То, что мой муж — обычный жулик? Или то, что он прятал от меня миллионы, пока я считала каждую копейку на продукты?
Он делает ещё шаг ко мне, и я вижу, как его руки слегка дрожат. Руслан пытается взять себя в руки, но не может. Слишком много поставлено на карту.
— Что ты хочешь? — тихо спрашивает он.
Вот и всё. Никаких угроз, никакого высокомерия. Только прямой вопрос. Значит, документы действительно серьёзные, раз он так струхнул.
— Объяснений. Правды. И справедливого раздела имущества без твоих попыток меня обмануть.
Руслан падает в кресло и закрывает лицо руками. Впервые за всё время нашего конфликта он выглядит сломленным, побеждённым. И мне становится не по себе. Я готовилась к очередной битве, а он просто сдался.
Мозги начинают лихорадочно работать. С одной стороны, я выиграла. С другой — что-то здесь не так. Руслан не из тех, кто легко сдаётся. Значит, дело серьёзнее, чем я думала.