— А вы помиритесь?
Нож замирает в моей руке. Как объяснить одиннадцатилетнему мальчишке, что его отец превратил нашу жизнь в поле боя? Что каждый день я просыпаюсь с мыслью о том, как отобрать у него хоть что-то в этой войне?
— Не знаю, Савушка. Не знаю.
Он молчит, качает ножками. Мой мальчик, мой умный, чуткий мальчик. Он всё понимает, хотя я стараюсь не втягивать его в наши разборки.
— Мам, а можно я сегодня к дедушке съезжу? Мы с ним хотели поиграть в шахматы.
— Конечно, солнышко.
Хоть кто-то в этом аду останется для него островком спокойствия. Папа всегда был мудрым — он ни слова не говорит о наших проблемах с Русланом, просто даёт внуку тепло и внимание.
Телефон звонит как раз в тот момент, когда я бросаю обжаренный лук в кипящий бульон. На экране — Руслан. Материнское сердце сжимается от плохого предчувствия. Когда он звонит в такое время, это никогда не к добру.
— Алло.
— Злата, я забираю сына на выходные.
— Что? Ты же обычно забираешь его в субботу, а сегодня только пятница.
— Планы поменялись. Приеду через час.
— Руслан, мы так не договаривались! У Савелия в понедельник контрольная по математике, ему нужно готовиться!
— Напишет он твою контрольную. Не развалится.
Я чувствую, как начинает закипать моя кровь. Этот мудак даже не спрашивает, что думает по этому поводу его сын. Просто решает за всех, как всегда.
— А что скажет Савелий? Может, он не хочет ехать?
— Спроси его сама. Увидишь, как он обрадуется.
Я оборачиваюсь к сыну, который делает вид, что не слушает наш разговор, но по его напряженной позе понятно — он ловит каждое слово.
— Савушка, папа хочет забрать тебя на выходные. Прямо сегодня.
Лицо мальчика озаряется, и сердце моё разрывается надвое. С одной стороны, я счастлива, что он радуется встрече с отцом. С другой — понимаю, что Руслан начал игру. Игру за нашего сына.
— Правда? — Савелий соскакивает с табуретки. — Здорово! А куда мы поедем?
— Узнаешь, когда папа приедет, — отвечаю я, а сама продолжаю разговор с Русланом. — Хорошо, приезжай. Но в воскресенье верни его до восьми вечера.
— Как получится.
— Руслан!
— До встречи, Злата.
Он бросает трубку, и я стою на кухне, сжимая телефон так, что костяшки пальцев белеют. Этот сукин сын объявил войну — теперь он тянет к себе Савелия. И самое паршивое, что мой мальчик этому рад.
— Мам, а я могу не ехать к дедушке сегодня? Раз папа приедет?
— Конечно, солнышко.
Я глажу его по голове, а сама думаю: как же так получилось, что я стала матерью, которая должна соревноваться с отцом за любовь собственного ребенка?
Через час раздаётся звонок в дверь. Савелий несется открывать, а я делаю глубокий вдох и следую за ним. Руслан стоит на пороге с огромным пакетом в руках и улыбкой, которая предназначена явно не мне.