— Не говори так.
— Почему? Правда глаза колет? — Я беру сумочку, достаю деньги за кофе, бросаю на стол. — Вот тебе правда, дорогой мой. Я ненавижу тебя всей душой. За то, что ты разрушил нашу семью. За то, что превратил нашего сына в заложника. За то, что из любящей жены сделал меня мстительной стервой.
— Злата...
— Я ещё не закончила, — зло усмехаюсь я. — Знаешь, что самое интересное? Я действительно могла бы найти себе любовника. У меня были возможности.
Лицо Руслана белеет ещё больше.
— Но знаешь, почему я этого не сделала? — продолжаю я. — Не потому, что люблю тебя. И не потому, что верна каким-то там клятвам. А потому что ты, мудак, этого не стоишь. Не стоишь того, чтобы ради тебя я изменяла себе.
С этими словами я разворачиваюсь и иду к выходу, не оглядываясь. Но слышу за спиной его голос:
— Злата! Подожди!
Не останавливаюсь. Выхожу на улицу и только тут позволяю себе глубоко вдохнуть. Руки трясутся, колени подгибаются. Облокачиваюсь о стену здания и закрываю глаза.
Что я наделала? Зачем призналась? Теперь он знает, что никого не было, и что же дальше? Ничего не изменится. Мы всё равно будем рвать друг другу глотки в суде. Всё равно будем воевать за каждую копейку, за каждую крошку нашей разрушенной жизни.
Слышу за спиной скрип двери кафе. Руслан выходит следом, и я чувствую его присутствие каждой клеточкой кожи. Не оборачиваюсь. Не хочу видеть его лицо.
— Злата.
Его голос звучит странно — не зло, не требовательно. Просто... пусто.
— Отстань.
— Мне нужно тебе что-то сказать.
— Всё уже сказано, — бросаю я через плечо. — Иди к своей архитекторше. Утешайся.
Он молчит так долго, что я невольно оборачиваюсь. Руслан стоит в двух шагах от меня, и его лицо белее мела.
— Как ты могла? — спрашивает он хрипло.
— Как я могла что? Соврать тебе? — усмехаюсь я. — А как ты мог?
— Но я не играл с твоими чувствами!
— Не играл? — Я поворачиваюсь к нему всем телом, и в моих глазах заплясала настоящая ярость. — А что тогда делал? Когда месяцами встречался с Виолеттой, а мне рассказывал про деловые совещания?
— Это другое...
— Ничем не другое! — кричу я. — Ты врал мне в глаза! Целовал меня теми же губами, которыми целовал её!
Руслан пожимает плечами, и в этом жесте столько усталости, что мне становится не по себе.
— Теперь мы квиты, — говорит он просто.
— Квиты? — не понимаю я.
— Ты солгала мне. Я солгал тебе. Ты мстила мне. Я мстил тебе. Мы оба причинили друг другу боль. — Он смотрит мне в глаза, и его взгляд такой пустой, что я невольно содрогаюсь. — Теперь мы квиты.
— И что дальше?
— А дальше... — Руслан устало проводит рукой по волосам. — А дальше мы продолжим войну. Потому что остановиться уже не можем.
Я понимаю, что он прав. Мы зашли слишком далеко, причинили друг другу слишком много боли, чтобы просто остановиться и сказать: "Забудем обиды, будем друзьями ради сына".