А что, если у нее бешенство?
Чем ближе я подхожу, тем сильнее бьется мое сердце, пока я не слышу тихое, жалобное мяуканье.
Я задыхаюсь, пульс учащается; во-первых, потому что я рада, что это действительно кошка, а не маленький медвежонок, чья мать ждет неподалеку. Быть загрызенной насмерть прямо сейчас серьезно помешало бы моим романтическим планам на жизнь. Во-вторых, потому что повсюду кровь, и тихое, мучительное дыхание вызывает выброс адреналина, и я бросаюсь в бой.
— О нет, милая. — Я тут же снимаю куртку и накрываю ею кошку, морщась, когда она издает болезненный звук. — Прости, милашка, но я должна тебя перенести. — Я оглядываюсь в поисках других кошек, но, похоже, этот маленький зверек был совсем один.
Я закусываю губу, чтобы не расплакаться, поднимая ее на руки под мучительное мяуканье, несу к пассажирскому сиденью, прижимая к себе, как младенца, нежно разговаривая с ней и гладя по голове.
Сердце колотится в груди так, будто собирается пробить дыру в грудной клетке, пока я ищу в телефоне ближайшую ветеринарную клинику. Затем я настраиваю GPS, чтобы он провел меня по самому быстрому маршруту.
— Все будет хорошо, — продолжаю я тихонько успокаивать кошку, протягивая руку, чтобы нежно погладить ее по голове, и поворачиваю ключ в зажигании. — Оставайся со мной. Мы найдем кого-нибудь, кто сможет тебе помочь.
На глаза наворачиваются слезы, когда маленькое существо, несмотря на слабость от боли и дрожь от мучений, мурлычет под моими пальцами.
— Я спасу тебя, — обещаю я ей и прочищаю горло, забитое эмоциями. — Даже не думай умирать у меня на руках, милая.
Я повторяю это. Как мантру. Хотя ее дыхание становится все слабее и слабее, а мурлыканье прекращается, когда она собирает свои силы, чтобы выжить.
Мимо меня проносятся деревья и поля, пока я следую указаниям навигатора к ближайшему ветеринару.
Когда я смотрю на нее, вижу, как она смотрит на меня широко раскрытыми желтыми глазами, как будто говоря: «Все в порядке. Спасибо, что пытаешься».
Черт, нет. Она не может умереть у меня на руках. До клиники еще десять минут — я решаю доехать за пять. На кону жизнь, и если скорая помощь может не обращать внимания на ограничения скорости, то и я не должна.
— Черт, ты должна выжить, сладкая. — Еще одно слабое мяуканье, и я замечаю, как она шевелится под моей рукой.
Но я не могу проверить, потому что нарушаю все скоростные ограничения на этих пустых улицах, пытаясь спасти жизнь кошки и сохранить свою. Внезапно она пытается залезть мне на колени. И мне приходится приложить все силы, чтобы не сойти с ума и не разбиться, мчась по этим извилистым дорогам.
— Нет, нет, милая, — я смотрю вниз, но давайте будем реалистами, я ни за что не остановлюсь. Маленькое существо неуклюже перебирается через центральную консоль и забирается мне на колени, сворачиваясь калачиком, пока не исчезает под моей рубашкой. Она пачкает кровью мои любимые брюки, но сейчас мне на это наплевать.
— Не плачь, Ник, — бормочу я про себя и нежно глажу мягкую кошачью голову. Это единственное, что я вижу, не покрытое кровью.
— Через милю поверните налево, и через 100 футов вы прибудете к месту назначения.
— Мы почти на месте, милая, — шепчу я, глядя на кошку. Ее глаза закрыты, и она дрожит у меня на коленях. — Вот черт.
Вспышка красных и синих огней внезапно появляется в зеркале заднего вида, и у меня сжимается желудок.
— О, отлично, — бормочу я, переводя взгляд с полицейской машины позади меня на GPS в телефоне. — Конечно, это должно было случиться. Героически спасти кошку, но быть арестованной. В моем стиле.
Я смотрю на комок шерсти на своих коленях.
— Если я получу штраф, тебе лучше это оправдать, усатая.
С визгом тормозов я останавливаюсь перед ветеринарной клиникой, и с моих колен раздается протестующее мяуканье, когда я отстегиваю ремень и поворачиваюсь, чтобы выскочить из машины.
— Мэм…
— Все здесь! — кричу я полицейскому, даже не глядя, бросая кошелек на крышу машины. — Права, регистрация, все мои сбережения. Выбирайте, но позвольте мне спасти кошку!
И, не дожидаясь реакции, я вбегаю в ветеринарную клинику, лишь раз оглянувшись через плечо, чтобы убедиться, что меня не ударят электрошокером. Слава Богу, входная дверь открыта.
— Мне нужна помощь! — Я в панике врываюсь внутрь и осматриваюсь, но здесь никого нет. — Эй? Черт, помогите!
— Эй, эй, успокойтесь... — Я резко поворачиваюсь, когда из-за угла, который, как я предполагаю, ведет в процедурный кабинет, появляется мужчина. — О.
— Не «о», — резко говорю я и подбегаю к нему. — Вы ветеринар? — Он медленно кивает, явно растерянный, и я практически сую ему кошку в руки. — Хорошо. Фантастика. Тогда спасите эту кошку. Пожалуйста.