Как и те двое, о которых я не знал до сегодняшнего дня.
Но сначала… те, кто сделал это с нами, заплатят. И цена будет высокой.
Глава 27
Глеб
От Сони я ухожу почти сразу. Испортить впечатление о себе сильнее, чем уже сделал, в любом случае невозможно. О прощении мне её до конца жизни умолять.
Поэтому решаю сразу дойти до отеля. Там отдыхает моя «приболевшая невеста».
Притворство и ложь. Ложь и притворство.
Я вообще хоть раз видел её настоящую?
Похоже, единственное настоящее, что я о ней знаю, это её проблемы… как там выражался врач… с репродуктивной функцией. Изношенный организм?
Проще говоря, моя невестушка успела много под кем побывать до того, как папочка пристроил её под моё крыло?
Ещё и этот её выкидыш. Который давил мне на совесть все эти годы.
Вполне возможно, что это был не выкидыш, а аборт. И ребёнок этот, если он существовал, совершенно точно не был моим.
Мне до такой степени противно и тошно, что на секунду задумываюсь – может быть, дать распоряжение начальнику моей службы безопасности, и пусть он для начала принесёт мне всю информацию. Мужик он хороший, крепкий профессионал, и работает со мной уже много лет, ему можно доверять.
Но тут же понимаю – нет. Первый разговор… я должен сделать это сам.
Захожу в отель, поднимаюсь на свой этаж прямо по лестнице, не дожидаясь лифта. Карта-ключ от номера, похоже, Алина до сих пор в постели…
Да уж. В постели.
Останавливаюсь в дверях, глядя, как какой-то мужчина раз за разом придавливает к постели стонущую девушку.
Просто класс. Я ещё и рогоносец. Интересно, как давно?
Тут Алина открывает глаза, видит меня и начинает визжать, а затем рыдать. Её любовник скатывается с неё, завернувшись в простыню.
Потрясающе. Павел. Мой личный помощник.
Тут же вспоминаются все их совместные поездки. Он всегда предлагал её отвезти, если было нужно. Или она просила, чтобы её сопровождал Павел.
Я даже не чувствую ничего, кроме немного усталого удивления. В основном по отношению к собственной слепоте.
– Пошёл вон! – говорю негромко, не глядя на Павла.
– Я никуда не пойду, – вдруг заявляет парень. Надо же, смелый. Или просто идиот. – Мы с Алиной любим друг друга! Если бы она так сильно не боялась вас и отца…
– Да неужели? – не могу сдержать сарказм, гляжу на свою бывшую невесту. – Я что, настолько страшный, а, Алин? Может, я тебе угрожал? Поднимал на тебя руку? Как-то ограничивал хоть в чём-то? Ну, скажи?!
Зарёванная девушка мотает головой.
– Я не виновата! – всхлипывает, вытирает нос. – Отец пригрозил… Я не хотела! Вообще не хотела, никогда, ничего! Но отцу нужно было… он говорил…
– Милая, пожалуйста, – Павел присаживается обратно к ней на кровать, не обращая на меня никакого внимания. – Ну что ты, успокойся! Это даже хорошо, что всё так… выяснилось, – поворачивается ко мне, встаёт. – Глеб Евгеньевич, я знаю, что поступил непорядочно, но…
– Ты поступил, как полный говнюк, – машу рукой.
Мне становится противно выяснять отношения.