Мехмед растерянно хлопал ресницами. То ли на самом деле не знал что ритуал настолько кровавый, то ли очень хорошо притворялся. Я поставила бы на второе. Все же он не мог не понимать, для чего Ягурде тридцать шесть рабынь…
Однако сейчас не время для претензий. С этим я разберусь позже.
— Еще ничего не закончилось… Прямо сейчас госпожа Олира творит заклинание, которое наденет на Древних Богов ошейники и сделает их рабами ее желаний. И уничтожит наш мир.
Стражники, по-прежнему стоявшие рядом и невольно слышавшие наш разговор, смотрели на нас выпучив глаза от удивления. Или страха, который легко считывался с их лиц.
— Мне кажется, ты преувеличиваешь, — нахмурился Мехмед…
Все же он знал, усмехнулась я про себя. Знал…
— Я преуменьшаю, — мотнула я головой. — Если мы ее не остановим, то наш, привычный нам мир ничего не спасет… Вспомни все, что я говорила тебе… Война между магами однажды уже изменила все до неузнаваемости. Аддия потеряла половину земель, Грилория потеряла почти все, повезло только Абрегории, ведь она оказалась в стороне от схватки. Точно так же, как сейчас, Мехмед… разве ты не видишь? Если война случится, то все повториться. Маги уничтожат друг друга, а наши страны снова окажутся разорваны на части белыми пустошами, которые и через тысячи лет будут малопригодны для жизни.
— У нас есть Цитадель, — в его голосе мелькнула крохотная искорка сомнения, которая подарила надежду на то что мой брат не потерял разум окончательно.
— И у Великого отца тоже…
— Но он не знает всех ее возможностей, а госпожа Олира…
— А госпожа Олира нацепили на тебя ошейник и заставляет тебя делать то, что она хочет. Словно ты не наследник султана, а рабыня.
— Нет! — резко рявкнул он. — Я сам принимаю решения!
— Ты, я, Хурра — все получат магические ошейники и будут плясать под дудку старой ведьмы, — сделала я вид, что не услышала его. — Даже Боги…
Брат внезапно замер. Вскинул руку и положил ладонь на кадык. А потому глухо, словно через силу приказал:
— Пропустите ее… Что ты собираешься сделать? — без перехода спросил он у меня. Его голос по прежнему звучал сдавленно и глухо. Как будто бы невидимая рука сжимала его горло, не давая дышать. Ягурда, как нельзя кстати, напомнила ему, что я права.
— Я собираюсь убить ее. — Уголки моих губ дрогнули в злом оскале.
— Но как? — брат посторонился, пропуская меня.
— Я еще не знаю, — пожала плечами, делая шаг вперед. — Эта тварь накинула на меня ошейник и остановит прежде, чем я подберусь к ней достаточно близко. Но как-нибудь я все равно сделаю это…
Я не стала говорить ему, что Ягурда передала управление мной Ильке, и что сейчас я свободна. Ведь тогда пришлось бы признаться, что я убила любимую сестру Мехмеда. А сейчас не время для таких признаний.
Стража за моей спиной громко лязгнула наконечниками копий, смыкая их, чтобы не пропустить ахир. Но…
— Это мои люди, — я даже не повернулась. Я смотрела в глаза Мехмеду, — ты должен пропустить их.
— Это ахиры, которых Небо покарало свиной болезнью за непокорность, — презрительно выплюнул наследник султана, — им не место среди приличных людей.
— Это мои люди, — жестко повторила я. И добила, — ты ведь знаешь, что твоя мать така…
— Пусть пройдут! — перебил меня брат, снова отступая… Он не мог позволить мне произнести вслух то, о чем он знал не хуже меня: Зелейна, вторая жена султана, которую все считают первой, такая же ахира, как и эти несчастные. Ей просто повезло, что она оказалась в другой стране, когда весть о «свободе» достигла ее. А иначе… Иначе она могла быть здесь, среди этих умирающих от нехорошей, плотской болезни женщин.
За спиной снова тихо лязгнуло и вонь гниющих тел стала ближе. Ахиры сгрудились а моей спиной…
— Ты знаешь, где она? — я по-прежнему смотрела только на брата.
— В центральной башне, — кивнул он, подтверждая слова первой ахиры. — С ней Гирем… Он как будто бы шел по доброй воле, но…
— Тварь накинула на него поводок, — кивнула я, чувствуя, как нахлынуло облегчение. Значит все не так плохо. Не знаю, зачем Гирем нужен Ягурде, но она не стала бы утруждать себя сложным заклинаением, если бы хотела просто убить.
— Скорее всего, — кивнул Мехмед, а потом внезапно захрипел и снова вскинул руку к горлу, пытаясь разжать невидимый магический ошейник, душивший его прямо сейчас. — Госпожа Олира зовет меня, — глухо добавил он. — Нам надо поторопиться.
Я кивнула.