– Братья были мертвы, они ничего не помнят и имеют твоего опыта. Им приходится верить тебе на слово, но понимаешь… мало кому такое нравится. Сыны Меркурия устали ждать.
Они созданы для войны.
– Дхами верит мне.
– Да, верит, но Дхами слаб – он самый мягкий по натуре. Остальные, включая и Розу, с которой ты спишь, имеют свои амбиции. Они вообразили, что мир еще не заплатил им за положенную за мучения в юности цену. Они не хотят быть пешками в твоих играх и не хотят быть колонистами. К тому же история о суде в Йоханнесбурге [События романа «Хроники отряда Кси. Раскол» (прим. Автора)] и о твоем унижении не способствуют равновесию. В общем, многие не прочь поменять главаря.
– Вот как? – Эсперо иронически усмехнулся. – Значит, история о всеобщей смерти от биогена ничему их не научила?
– Клянусь своими нанитами, нет. Они собираются покинуть эту чертову планету и пустить юшку нашим врагам.
– То есть, стать обычными космическими пиратами, каких в Галактике целое стадо.
– Суперпиратами, вершиной пиратской эволюции, если уж так.
– Иронизируешь, братец?
– О, да.
– Слабые мышцы и медленная реакция люди Альянса компенсируют технологиями. Например, экзоскелетами. Наше единственное настоящее преимущество – разум. Грустно видеть у братьев его нехватку.
– Вот и я пытался объяснить Бобо нечто в этом роде, но он обозвал меня «холуем Лиги» и предложил валить сам знаешь, куда. Это был намек. Будто, с аборигенками тут трахаюсь только я.
– Местные считают нас богами.
– Да.
– У тебя есть дочь.
– Ну да, настоящая стопроцентная богинька. Очень похожа на меня. Я назвал ее Джани. Теперь ее смертная мать считает себя избранной.
– Шандор! Не забывайся – ты сам в общем-то смертен и ты не бог.
– А ты жесток, Браун. У тебя прямо таки хобби – разбивать мои мечты. Кстати, с нашим небессмертием связан другой вопрос… Я потолковал по душам Чандой.
– И что?
– Спросил ее напрямую, сколько мы проживем. Она попыталась юлить, но все же не устояла перед моим обаянием и вот…
– Не тяни. Что она сказала?
– Нас делали как солдат, охранников и военных инженеров, в общем, расходный материал, и о бессмертии не заботились. Большинству нынешних клонов осталось жить лет двадцать-тридцать. Вот тебе сейчас сколько уже стукнуло?
– Тридцать восемь.
– Самочувствие ухудшилось? Изменения есть?
– Нет, – честно признался Кай.
– Прямо никаких?!
– Никаких, я проверялся медисканером, показатели прежние.
– Чанда докладывала тебе о проблемах у братьев и сестер?
– Что-то насчет отдельных мутаций в генах. Не факт, что это из-за биосферы Тары, возможно, наследие Меркурия.
– Для кого-то «мутации», а по мне так старение и начало конца.