– Мяу, – чёрный кот мигом прошмыгнул мимо наших ног и скрылся в глубинах коридора.
– Хотите сказать, что не ваш? – усмехнулся ректор.
И я решила признаться. Чем меньше врёшь могущественным магам, тем меньше вероятность попасться. Они вечно с собой какие-нибудь артефакты правды таскают.
– Мой, – покаянно опустила я голову.
– Ну, ладно, – вздохнул он, присаживаясь на единственный стул в моей комнате. (Спасибо тёмные боги, что не на кровать, а то неудобно бы вышло, когда он под собой почувствовал бы моего красавца). – Хорошо, что не солгали.
– Вы коменданту не расскажете? – сделала я большие глаза.
– Боги с вами, – махнул рукой ректор, – если бы котики были единственной нашей проблемой!
Я демонстративно и облегчённо вздохнула, пусть считает, что это была моя «единственная страшная тайна».
– Я чего зашёл-то… – и снова тяжкий вздох.
Великому Генриху Арунделу удивительно хорошо удавалось играть милого старичка, вон даже пухлые щёчки розовели мелкими старческими венками. Эх, жаль, что мы оба не в своих личинах!
– Да? – подтолкнула я задумавшегося «старичка».
– Не нашли мы вашу подругу. Ни одно заклинание не обнаружило девушку в стенах академии! Не могла ли Анна, – меня наградили острым, всепроникающим взглядом, – сбежать из академии?
Версия, имеющая право на своё существование. Логично предположить, что девушка сбежала, например, на встречу с любовником.
Я отрицательно покачала головой:
– В таком случае я бы панику не поднимала, господин ректор.
– Ну, студенты то и дело шалят, да безобразничают! – подозрительно добро заметил ректор, – бывает ссорятся… девушки, то особенно. Что может быть тяжелее разрушенной репутации?
Говорил он добро, но я чувствовала, как линии заклинания опутывают меня. Тут разговор не про кота, одной проверкой артефактом правды не отделаешься.
Ну что ж, тут мне скрывать нечего, напротив, можно и побольше рассказать.
– Понимаю я, о чём вы. Но нет, мы не ссорились. Да и не к кому ей сбегать было. Она же сильно влюблена в своего жениха, а он тут, в академии. Джеймс Ферфакс его имя.
– Ах, да! – спохватился ректор. Явно проверяет меня.
– Я потому к нему и побежала с расспросами…
– Да, да, слышал я ту версию о признании.
– Боюсь, профессор Артуп, не так всё поняла.
Ректор прислушался к своему заклинанию и устало кивнул. Его можно было понять: как бы было проще, будь это простой ссорой девушек и побегом к любовнику.
– Мы всё равно проверим окрестности, но я вам верю. Давайте тогда ещё раз расскажите мне о вчерашних событиях. И, пожалуйста, с подробностями. Можно даже неприятными. Мы тут наедине, вас никто не услышит.
– А… – решилась спросить я, но ректор меня опередил.
– Почему я не вызвал вас к себе в кабинет? А пришёл сам?
Я робко кивнула, такой юной девушке, какую я из себя изображала, положен некий пиетет перед старшими, и в то же время забота о репутации.
– Всё просто: чтобы не успели подготовиться. Я, милая, уже много лет руковожу академией и знаю все студенческие уловки. Так вы мне расскажете?
Я кивнула и начала: