Розы пустыни: читать начало книги онлайн

– Ничего себе маленькая! Мне уже скоро пятнадцать.

– Ага, скоро. Через десять месяцев, – засмеялась Айна.

За дверью послышались быстрые шаги.

– Эй, свиристелки, хватит полуночничать, завтра серьёзный день, sähetli gün[1]. Не забыли? – Мама открыла дверь в комнату и зыркнула на сестёр. – Гуля, иди к себе в комнату. Мяхри, умничка, спит уже.

– Да, эдже[2], ложимся, не волнуйся. – послушно ответила Айна.

– Ты слышала? Мяхри-умничка, – Гуля передразнила мать, когда дверь зак-рылась. – А что эта Мяхри – змея настоящая, она и не видит совсем. Вот если бы папа был жив, он бы за меня заступился!

– Не надо так, Гуля. Мяхри не такая уж плохая. Просто вы с ней разные. Как будто с одного дерева, но слива и яблоко.

– Только она яблоко кислое и червивое! – подытожила Гуля, сморщила носик и спрыгнула с подоконника. – Ну ладно, сейчас птицам крошки насыплю и спать пойду. Завтра и правда большой день. Ковёр для тебя начинаем ткать, чтобы успеть до свадьбы.

– Жду не дождусь! Я ваш подарок прямо в спальне положу. Ковёр от моих сестрёнок. Пусть приносит мне любовь и радость в дом!

Гуля прошла на кухню, стряхнула в та-релку крошки из хлебницы и принесла в комнату.

– Насыплю скворцам, пусть поют. Смешные такие. Если вдруг забуду, утром такой галдёж поднимут, что и тебя разбудят.

– Ты всех птиц в округе избаловала, – Айна снова обняла сестру и поцеловала в пухлую щёку. Спокойной ночи, малышка!

Гуля осторожно закрыла дверь и прошмыгнула в свою комнату. Половица скрип-нула, и девочка на цыпочках подошла к сво-ей кровати, чтобы не разбудить Мяхри.

– Ты всё бродишь, полуночница? – зашептала Мяхри и села в кровати. – Опять небось птиц своих кормила. А мне потом убирай за ними! Когда ты только прекратишь?

– Никогда.

– Огрыза! Я скажу маме, чтобы запретила тебе. Грязь от них и шум.

– Вот только попробуй! Я всё равно кормить их буду. Не твоё дело!

– Не груби. Я старшая сестра.

– Ты средняя. Айна старшая!

– Айна, считай, упорхнёт скоро, как эти твои птички. Так что за старшую я остаюсь.

– Уй! – Гуля положила подушку себе на голову. – Надоела… Отстань!

Сон не шёл. Гуля дождалась, когда дыхание Мяхри стало ровным, и легла на спину, закинув за голову руки. Так хотелось открыть окно и впустить в дом свежий воздух, слушать цикад и плеск речной воды. Ночью с гор в ущелье спускалась долгожданная прохлада. Это было особенное время. Но только ночью весь аул спит. Спрашивается, почему? Днём солнце печёт так сильно и нет ветерка, как в печке. Выйдешь во двор, и сухой жаркий воздух забивается в ноздри и как будто прожигает всё внутри. Но женщины выходят на улицу в длинные платьях, закутанные в платки, и делают дела, несмотря на зной: сажают и поливают овощи, пекут чурек[3] в тандыре, выгуливают лошадей, кормят коров, верблюдов, баранов, сыпят корм курочкам. А ночью все спят и не знают, как хорошо на улице. И Батыр, конечно же, спит. И его конь Алтын[4] тоже. А как было бы здорово выйти во двор и пройти по аулу. И встретить Батыра. И пусть никого вокруг, а только Батыр шёл бы навстречу со своим конём. Или без коня, но навстречу.

И пусть Батыр скажет:

– Привет, как дела?

А Гуля ему беспечно:

– Да так, всё нормально.

– А может, пойдём к речке и посидим у воды, пока все спят?

– Пойдём, – тихо скажет Гуля и опустит голову.

Они пойдут рядом, и Гуля только иногда будет задевать его плечом, и сердце начнёт стучать так громко, что станет страшно: а вдруг он услышит? И они сядут у речки и будут слушать, как звенит вода, ударяясь о камни, и наслаждаться тишиной гор. И ветерок запахнет туей и горной мятой. И вокруг будут благоухать розы, белые и красные, но только их не будет видно, потому что темно. А если конь с ними, то они дадут ему напиться прохладной воды.

И тогда Батыр посмотрит на Гулю своими глубокими карими глазами и скажет:

[1] Sähetli gün – специальный день, одобренный для начала изготовления ковра (туркм.).

[2] Эдже – уважительное обращение к матери в Туркменистане.

[3] Чурек – туркменский хлеб в виде плоских лепёшек, выпекается в тандыре.

[4] Алтын – золотой.