Театральная цензура в Ленинграде в годы «оттепели»: читать начало книги онлайн

В самом деле, когда мы перелистываем страницы журнала «Театр», видим множество статей о партийности и творчестве, опубликованных для того, чтобы избежать обвинений в неправильной идеологической линии со стороны высшего эшелона. За 1956–1957 гг. в журнале помещены две редакционные статьи в рубрике «Партия ведет», чтобы продемонстрировать редакционную позицию по отношению к прошедшим событиям. Февральский номер «Театра» за 1956 г. был посвящен XX съезду КПСС, в редакционной статье описаны успехи партийного руководства в области искусства: «…правдивое отражение нашей советской жизни немыслимо вне воплощения вдохновляющей, направляющей, организующей роли партии»[340]. XX съезд для советского народа являлся отчетом о прошедшей работе коммунистической партии, он дал возможность подвести итоги, выявить преимущества и недостатки в социалистическом строительстве. С прошедшего XIX съезда партии советский драмтеатр и театральные художники активно боролись с отставанием в драматургии. Были определенные успехи, такие пьесы, как «Шторм», «Оптимистическая трагедия», «Разлом», «Любовь Яровая», «Бронепоезд 14–69». Но всегда были и недостатки. Большое внимание было направлено на недостатки – отсутствие достойных для правдивого отражения советской действительности пьес и напряженную творческую связь между театрами и драматургами. Вот две главные проблемы советского драматического театра: «В репертуаре драматических театров еще не заняли подобающего им места пьесы на главные темы современности, ярко и реалистически показывающие передовых строителей коммунизма в борьбе со всем косным и мешающим нашему движению вперед. Не изжиты еще в драматургии и театральном искусстве рецидивы бесконфликтности, тенденции к идиллической лакировке действительности; с другой стороны, обращаясь к изображению отрицательных явлений, некоторые драматурги и театры теряют реалистическую перспективу и – вольно или невольно – искажают картину действительности»[341].

Зачем следовать идеологическим принципам? Дело в том, что драматические театры находятся на переднем фронте идеологической борьбы. Советский театр – «один из участков идеологического фронта»[342], он является лучшим способом борьбы с чуждыми идеологическими влияниями. В заключение статьи было еще раз подчеркнуто значение идеологических принципов, декларированных постановлениями ЦК КПСС 1946–1948 гг.

Октябрьский номер журнала «Театр» за 1957 г. был посвящен сорокалетию Октябрьской революции. В статье о дискуссионных вопросах советского искусства данного выпуска журнала обсуждались взаимоотношения социалистической культуры и культурного наследия, свободы творчества и партийного руководства. Автор статьи – А. Аникст – указал, что, в отличие от литературы и искусства капиталистического лагеря, советский народ дотянулся до искусства, осуществилось «хождение в народ» литературы и искусства. Это было успехом социалистической культурной политики. После XX съезда партии было особенно важно подчеркнуть значение народности в искусстве: «Широчайшие слои трудящихся получили возможность приобщиться к культурным и художественным ценностям, созданным в прошлые времена под гнетом классового общества. …Искусство вернулось в лоно народной жизни в наиболее полной мере»[343]. По поводу народности и партийности автор сказал: «Народность советского искусства неразрывно слита с его партийностью. Коммунистическая партийность есть сознательное служение тому великому делу, которое народ осуществляет под руководством Коммунистической партии»[344]. После доклада Н. С. Хрущева на XX съезде партии «О культе личности и его последствиях» в советском обществе началось широкое обсуждение свободы творчества. Многие писатели и драматурги требовали снижения вмешательства партийного руководства (А. Крон, Б. Лавренев, Б. Назаров, О. Гриднева и т. д.). На самом деле желание свободы творчества появилось еще в послевоенный период, но И. В. Сталин остановил эту тенденцию. Известны три постановления ЦК КПСС по идеологическим вопросам, принятые за 1946–1948 гг. После смерти И. В. Сталина советское общество широко обсуждало отставание советской драматургии и художественной критики, существовали мнения о необходимости препятствия вмешательству партии в творческие работы. Доклад Н. С. Хрущева «За тесную связь литературы и искусства с жизнью», сделанный на совещании писателей в ЦК КПСС 13 мая 1957 г., был призван охладить противоречие между партией и творческой интеллигенцией. А. Аникст разъяснил трудности балансирования интересов в данной проблеме. Он указал, что «свобода творчества в конечном счете сводится к индивидуалистическому отрыву от народа», а советские художники могли прямо общаться с народом, это в Советском Союзе являлось свободным творчеством. Он подчеркнул существование отрыва от народа в классовом обществе: «Театр по самой своей природе – искусство, предназначенное для коллективного восприятия, искусство массовое, народное. Века классового общества отрывали театр от его народной почвы, от народных корней»[345]. Кроме того, А. Аникст отметил тот факт, что положение советских художников (режиссеров, актеров, писателей) сильно отличается от того, что было в прошлом, они пользуются уважением народных масс. Указанные факты показали преимущество партийного руководства. Однако свобода творчества и свободное творчество в понимании А. Аникста – разные вещи.

В ноябрьском номере журнала «Театр» за 1957 г. была размещена статья «За боевую принципиальность и партийность», в которой обсуждались партийность, народность театрального искусства и партийное руководство творчеством. В статье редколлегия журнала балансировала между признанием партийности и поисками художественного.

В статье содержались следующие моменты. Были определены общие цели и задачи партии и советского искусства. Отмечено, что советские художники всегда занимали передний край идеологического фронта. Освещена тема взаимоотношения партии с народом и искусством, затронутая в докладе Н. С. Хрущева «За тесную связь литературы и искусства с жизнью народа», где отмечена основополагающая идея – единение художника и народа, художника и партии. Советское театральное искусство тесно связано с жизнью народа. Партия звала мастеров-художников: «Ближе к жизни!» Этот лозунг отражал народность советского театра. Со времени начала революции театр превратился во фронт пропаганды. Редакция отметила: «Советское театральное искусство накопило огромный опыт образного отражения жизни общества, опыт действенной помощи партии»[346]. Редакция журнала осознала, что с большим запозданием выступила с критикой на антипартийную статью «К вопросу об отставании драматургии и театра» Б. Назарова и О. Гридневой. Данная статья сначала попала в редакцию журнала «Театр», но авторам было отказано в публикации из-за ее идейного содержания. «Театр» поздно критиковал и «Заметки писателя» А. Крона. Редколлегия признала свои ошибки по отношению к этим статьям. Кроме того, в журнале было опубликовано несколько материалов молодых критиков (И. Соловьева, В. Кардин, М. Строева), в которых авторы запутались в определении свободы творчества, забыли о ленинских принципах партийности. В оправдание журнал отмечает: «Партийное руководство – источник силы советской литературы, советского театра, всего советского искусства»[347]. В конце статьи вновь упоминалось об идеологической позиции, утверждаемой в выступлении Н. С. Хрущева – театральное искусство должно показывать положительную, светлую и яркую стороны социалистической действительности.

По-видимому, ряд статей «Театра», которые были опубликованы в рубрике «Партийность и искусство», оказались недостаточными для того, чтобы простить журналу идеологические заблуждения. Потому что в 1958 г. в журнале «Коммунист» опубликовали статью А. Соколовой «За партийную принципиальность в театральной критике», которая была направлена на недостатки в идеологической работе редакции «Театра».

Отмечая важнейший статус журнала «Театр», автор обзора А. Соколова указала, что «Театр» является органом Министерства культуры СССР и Союза писателей СССР, поэтому главные задачи издания, с точки зрения редакции «Коммуниста», состоят в разоблачении всяких проявлений буржуазной идеологии в искусстве, таких как ревизионизм, формализм, эстетство или другие явления, чуждые советскому искусству. «Театр» должен находиться в авангарде социалистической драматургии. Но очевидно, редколлегия «Театра» в некоторых принципиальных вопросах театрального искусства, например в оформлении репертуара театров, не проявила свою ведущую роль. А. Соколова упомянула о том, что при подготовке к празднованию 40-летия Октябрьской революции, когда все силы искусства должны быть направлены на пропаганду достижений социалистической революции, «Театр», вместо поддержки советских театральных деятелей, начал обвинять советских драматургов в том, что «их пьесы не удовлетворяют жажду театров в правде, и якобы поэтому театры обращаются к инсценировкам произведений, которые все чаще стали появляться на сцене»[348]. С точки зрения партии, именно опубликованные в «Театре» материалы привели к появлению массовых зарубежных спектаклей на советских сценах. Журнал «Театр» неправильно критиковал советскую драматургию. Действительно, во многих театральных произведениях имеются недостатки, но если журнал ориентирован только на слабость советской драматургии, не поддерживает драматические произведения советских авторов, то ситуация станет хуже – низкопробные пьесы зарубежных авторов («Телефонный звонок», «То, что знает каждая женщина» и т. п.) будут занимать центр советской сцены. А. Соколова указала, что это явление происходило в 1956 г. и свидетельствовало о «нетребовательности к репертуару со стороны ряда руководителей театров, забвении ими воспитательной роли искусства»[349]. В данной ситуации считается, что «Театр», играя роль «долбателя», не видел позитивной стороны современных советских пьес. Кроме того, рецензии на пьесы «Гостиница “Астория”» и «Фабричная девушка», опубликованные в журнале, были дискуссионными.

Соколова, чтобы показать недостатки советских театров, ссылалась на крупное событие 1957 г. – Всесоюзный фестиваль драматических и музыкальных театров. В постановлении жюри по итогам фестиваля указывалось, что режиссеры зачастую проявляли излишний интерес к форме, бесплодному трюкачеству, что находится в противоречии с принципами социалистического реализма. В этот момент «Театру», чтобы избежать творческих ошибок и заблуждений, пришлось пойти навстречу некоторым представителям творческой интеллигенции, опубликовав написанные ими рецензии. Но, к сожалению, цитируя данные дискуссионные рецензии (критиков Н. Велеховой[350], И. Соловьевой[351], В. Кардина[352] и М. Строевой[353]), А. Соколова полагала, что и сам журнал не попал в нужную цель. С позиции партии, указанные критики не осознали роль ведущей воспитательной функции театральной критики, напротив, отошли от принципов социалистического реализма и показали идейную слабость.

Названные критики в своих рецензиях неправильно отнеслись к явлению бюрократии. В пьесах «Гостиница “Астория”» и «Фабричная девчонка» были описаны такие фигуры, которые легко могли бы вызвать у зрителей ассоциации по сходству с представителями советского государственного и партийного аппарата. Так, существенные недостатки в критике на некоторые современные пьесы привели к критике принципов руководства партии. Это показывает, что (редакция «Театра». – Ю. Ч.) «не всегда помогает творческим работникам своевременно и правильно разобраться в сложных теоретических проблемах»[354]. Критика на журнал «Театр» в прошедшем 1957 г. появилась и в других советских периодических изданиях, например в «Литературной газете»[355] и «Советской культуре»[356]. Партия имела все основания считать, что «Театр» утратил свою ведущую роль в области театрального искусства за 1956–1957 гг.

На страницах журнала «Театр» можно найти статью об отчете совещания театральных критиков. Есть основания полагать, что данное совещание, проведенное в Москве, организовано в ответ на обзор «Коммуниста». На совещании выступили заместитель министра культуры СССР В. Пахомов и начальник отдела театров министерства Е. Северин, член редколлегии журнала «Театр» Е. Холодов, критики И. Чичеров, И. Пискун, С. Цимбал, А. Гребнев, С. Подольский, Г. Осипов, А. Кочетов[357]. Всего 29 человек присутствовали на совещании.

Было подчеркнуто важнейшее значение доклада Н. С. Хрущева «За тесную связь литературы и искусства с жизнью народа», участники совещания отметили, что при существующих острых идеологических конфликтах двух миров советской театральной критике недостаточно свойственен боевой, наступательный дух. С учетом ключевой роли театральной критики на совещании обсуждались вопросы по «Театру»: «Журнал “Театр”, призванный быть органом, проникнутым партийностью театральной критики, воспитывать высокий вкус и идейно-эстетическую требовательность, справедливо критиковался в последнее время общественностью за то, что он не сумел занять боевой и принципиальной партийной позиции в борьбе с нигилистическими и ревизионистскими тенденциями и в ряде статей допустил серьезные идейные ошибки, нанеся этим большой ущерб воспитанию нашей художественной интеллигенции»[358].

В качестве отклика на критику редакция призналась в своем заблуждении на пути поисков художественности, из-за которого и появились статьи Н. Велеховой, И. Соловьевой, В. Кардина и М. Строевой, несущие либерально-анархистское понимание свободы творчества. На совещании все участники выразили общее мнение о понимании существенной задачи театральной критики как укрепления связи искусства с жизнью народа. Это центральная задача искусства требует от всех театральных деятелей (критиков и режиссеров) правильно относиться к истории советского театра и теоретическим проблемам. Театральное сообщество не всегда адекватно трактовало историю советского театра, зачастую путаница существовала в отношении наследия К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко. Либо наследие рассматривалось догматически, либо обнаруживался нигилистический подход к достижениям великих мастеров реалистического искусства[359]. Но редакция «Театра» несла полную ответственность за весь печатаемый материал. Не являясь всесоюзным журналом, «Театр» прежде всего публиковал рецензии московских театральных критиков и отражал театральную жизнь Москвы, а «статьи и прочие материалы о театральной жизни в союзных республиках появлялись на его страницах от случая к случаю»[360]. Это было единодушное замечание, высказанное участниками совещания. Чтобы улучшить работу «Театра», необходимо было восстановить информационный канал между центральным и республиканским театром, поделиться опытом творческой работы.

В резолюции совещания партия «призвала театральных критиков стать боевыми помощниками в деле борьбы за тесную связь театрального искусства с жизнью народа, за дальнейшее повышение коммунистической художественности советского театра»[361].

Несмотря на то, что Ленинград играл важнейшую роль в советском культурном строительстве, на протяжении исследуемого периода в нем так и не появилось журнала, посвященного театральному искусству. Отсутствие такого журнала было единогласной претензией ленинградских театральных деятелей к управляющим органам культуры. На самом деле, согласно мнению редакции «Литературной газеты», выраженному 23 апреля 1953 г. в статье «За боевую театральную критику», расширение круга критиков и появление большей возможности публиковать театральные рецензии стало общим союзным решением.

В иллюстрированном журнале «Театральная жизнь», появившемся во второй половине 1958 г. в Москве при поддержке Минкульта РСФСР и ВТО, помещены материалы Ленинградского отделения ВТО с обсуждением театральных журналов. В том числе состоялось обсуждение работы журнала «Театр» за 1958 г., которое было организовано редколлегией журнала совместно с Научно-исследовательским институтом театра, музыки и кинематографии и правлением Ленинградского отделения ВТО. На обсуждении присутствовали кандидат искусствоведения А. Альтшуллер; В. Сахновский, Н. Зайцев, И. Шнейдерман, научный сотрудник НИИ театра, музыки и кинематографии В. Чистякова; старший научный сотрудник Театральной библиотеки им. А. Луначарского Л. Гиттельман; член редколлегии журнала: народный артист СССР, лауреат Ленинской премии Г. Товстоногов; ответственный секретарь редколлегии Е. Холодов и театровед, критик Д. Золотницкий[362]. Е. Холодов выступил со вступительным словом. Он отметил важный статус ленинградских театров, хотя «на страницах журнала “Театр” ленинградские театры не занимают того места, которое они по праву занимают в театральной жизни страны»[363]. Докладчик подчеркнул, что главными задачами журнала «Театр» являлись сближение с жизнью народа и страны, идейное воспитание советских актеров, привлечение общественного интереса к журналу. Присутствующие театральные деятели выразили общую тревогу по поводу расширения профиля журнала. В. Сахновский отметил, что тенденция «превратить журнал о театре, рассчитанный на широкий круг интеллигенции, в журнал для актеров, который расскажет, что происходит на просторах нашей страны, совершенно неверная»[364]. По его мнению, это не означает сблизить театр с жизнью народа. В. Сахновский объяснил, что «связь с жизнью для журнала “Театр” заключается в том, насколько журнал тесно связан с самим производством, насколько умеет предвидеть перспективы его развития, насколько он в связи с общим развитием нашей действительности видит тенденцию развития нашего театрального искусства»[365]. Выступающий указал на чуждое театральному кругу явление, когда в первом номере «Театр» опубликовал подборку лирических стихов, перепечатанных из других журналов. Это, по его мнению, редколлегия журнала сделала напрасно.

Выступление Н. Зайцева также касалось главной задачи журнала – предоставить материал о театрах, по истории и теории советского театрального искусства, состоянию современного театрального искусства – и советского, и зарубежного. Таким образом, Н. Зайцев рекомендовал редколлегии побольше публиковать статей о драматургах и драматургии. В отличие от других присутствующих на обсуждении, Г. Товстоногов критиковал журнал за подбор пьес, которые были опубликованы в журнале. Он отметил: «Критерий при выборе пьес, при их отборе должен быть один – можно ли и нужно ли эту пьесу ставить? К сожалению, он не соблюдался»[366]. Редколлегия журнала сталкивалась с такими случаями. В февральском номере «Театра» за 1954 г. была опубликована пьеса «Гости» Л. Зорина, ее поставили в БДТ им. Горького в Ленинграде, потом пьеса была запрещена. Это удар, нанесенный не только лично драматургу, но и режиссеру и театральному коллективу, которые над пьесой работали.

Под руководством ЛО ВТО и редколлегии журнала «Театральная жизнь» в 1959 г. было устроено обсуждение работы журнала «Театральная жизнь» в Ленинграде. На этом обсуждении присутствовали народный артист СССР А. Борисов, заведующий отделом информации журнала Г. Щербина. Во вступительном слове Г. Щербина отметила, что задача журнала «Театральная жизнь» большая и сложная. С одной стороны, редакция стремится к интересному содержанию, с другой – к расширению влияния журнала, он предназначается не только для деятелей театров, но и для зрителей, любящих театральное искусство. Внимание редколлегии не ограничивается официальными театрами, одновременно оно сосредоточено на самодеятельных народных театрах: «…хотелось бы поговорить о народных театрах более профессионально и творчески, более взыскательно, а не ограничиваться восторгами по поводу того, что самодеятельное искусство развивается бурными темпами»[367]. Горячим обсуждение получилось по вопросам театральной критики. Народный артист ЭССР режиссер А. Винер в своем выступлении указал, что журнал в качестве канала общения между театральными деятелями и зрителями явился «окном в театральную действительность»[368]. Хотя журнал добился определенных успехов, например имелись интересные по содержанию статьи, были и недостатки – недостаточно внимания обращено на пьесы молодых советских драматургов. С. Осовцев посоветовал редколлегии обратиться к спектаклям периферийных театров, это не значит откликаться на все явления на местах, стоит рецензировать спектакль «лишь тогда, когда он какой-то стороной входит в общий процесс становления и развития советского театра»[369]. В своем выступлении критик С. Осовцев подчеркивал необходимость бороться за повышение качества рецензий. Он отметил, что даже в Ленинграде, традиционно считавшемся центром культуры СССР, в последнее время появились «анекдотические» рецензии на пьесы, в которых разобрались только в костюмах разных персонажей.

После того, как о важных ролях литературы и искусства в формировании человека коммунистического общества было упомянуто на XXI съезде КПСС (27 января – 5 февраля 1959 г.), проблема театральной критики снова была на повестке дня для отдела науки, школ и культуры Ленинградского обкома КПСС. В 1959 г. Ленобком организовал совещание по вопросу «О состоянии театральной критики в ленинградской печати». На этом совещании присутствовали театральные критики, представители Ленинградского отделения Союза советских писателей и Всероссийского театрального общества, заместитель начальника Управления культуры Ленгорисполкома И. С. Ефремов и два представителя печатных организаций – сотрудники газет «Вечерний Ленинград» и «Ленинградская правда». Почти все присутствовавшие полагали, что в Ленинграде необходимо было создать новый журнал, который был бы посвящен театральному искусству, наподобие московских журналов «Театр» и «Театральная жизнь».

Желание создать театральный журнал в Ленинграде высказывалось уже не первый раз. Еще в 1955 г. деятели театра направили письмо В. М. Молотову об итогах IX съезда Всероссийского театрального общества. В нем говорилось о неудовлетворительном состоянии театрального искусства, а также об отсутствии театрального журнала в Ленинграде. Представители Всероссийского театрального общества считали, что необходимо возобновить издание специального театрального журнала в Ленинграде[370]. Однако до 1959 г. проблема издания ленинградского театрального журнала так и не была решена государственным и партийным аппаратом.

На совещании отдела науки, школ и культуры Ленинградского обкома КПСС, проходившем 7 мая 1959 г., представитель ЛО ВТО С. А. Морщихин заявил, что XXI съезд КПСС поставил перед театральным искусством новые, интересные и увлекательные задачи. В театральном искусстве было необходимо проявить новаторство – «сюда надо направить внимание, огонь нашей критики»[371]. Поэтому он считал, что Ленинграду нужен журнал, в котором помещались бы рецензии на спектакли ленинградских драматических театров. Член Союза советских писателей Е. М. Мин высказался по поводу отсутствия в Ленинграде специализированного научного журнала: «Мне очень жаль молодых критиков… Люди моего поколения работали сначала в газете, затем в журнале “Искусство и жизнь”, в рабочем журнале. Сейчас молодой критик имеет такую площадку, как журналы “Театры” и “Театральная жизнь” в Москве. Он нигде, кроме газеты, напечататься не может»[372]. Известный театровед, театральный критик и педагог С. Л. Цимбал был очень обеспокоен воспитанием молодых театральных критиков в Ленинграде: «Я почти не знаю такой зеленой молодежи, которая выходит с твердым намерением работать в области театральной печати»[373]. Выпускники театрального института предпочитали заниматься научной, преподавательской работой, мало кто хотел работать профессиональным критиком. С точки зрения С. Л. Цимбала, театральное искусство нуждалось в критиках, а создание нового театрального журнала должно было сгруппировать театральную молодежь и воспитать новые кадры.

В Ленинграде того времени отдельные статьи, представлявшие собой театральные критические разборы, печатались в авторитетных газетах «Вечерний Ленинград» и «Ленинградская правда». Этого было явно недостаточно. Кроме того, некоторые присутствующие на майском совещании указали, что в работе отделов критики существующих газет наблюдалось «много слабых мест»: рецензии на спектакли появлялись несвоевременно или вообще не появлялись. Об авторах рецензий в непрофильных газетах С. Л. Цимбал сказал, что по большому счету они равнодушно относились к трудам режиссеров и драматургов, у них не было «страстной увлеченности спектаклем». Равнодушие критиков снижало, по его мнению, активность театральных деятелей. Совещание пришло к выводу, что в Ленинграде не только отсутствовал театральный журнал, но и появлялось слишком мало высококачественных и своевременных рецензий на спектакли.

Присутствовавшие на совещании представители газет были не согласны с упреками. Они считали, что театры сами создавали препятствия. От редакции «Вечернего Ленинграда» выступила Пиотровская. Она указала на то, что ленинградские театры часто просто не приглашали работников редакций на премьеру или первый спектакль, «а только на пятый-шестой», что и затягивало выпуск рецензий. Кроме того, редакция была вынуждена договариваться с театрами отдельно в случае, если спектакль должны были посмотреть несколько сотрудников. Пиотровская привела два примера, чтобы показать вину театров в задержке рецензий. Первый пример касался Театра им. Кирова, который жаловался на редакцию по поводу того, что выступления румынской оперной певицы не получили никакого отклика в газете. На это замечание Пиотровская ответила: «Наши корреспонденты волками воют, не хотят туда идти, потому что их встречают неприветливо, потому что их гоняют из конца в конец по зрительному залу»[374]. Другой пример касался премьеры спектакля «Трасса» (1959) в Большом драматическом театре им. Горького: «Мы решили на этот раз проявить максимум оперативности, в день премьеры решили напечатать окошечко, в котором сообщить о том, что идет спектакль, не давая еще оценки. Поехала в театр сотрудник нашего отдела Галина Николаевна Витоль». Г. Н. Витоль долгое время занималась публикациями о театрах, ее хорошо знали в театральных кругах. В конце концов Г. Н. Витоль потратила два часа и так и не попала на репетицию спектакля. Пиотровская объяснила: «При таком отношении к печати нам, работникам редакций, работать очень и очень трудно»[375]. Представитель редакции «Вечернего Ленинграда» рассказала, что театральные критики неохотно пишут рецензии на какой-то конкретный спектакль и редакции приходилось специально заказывать рецензию. Она отметила, что редакция заинтересована в неформальных рецензиях, которые могли бы повлиять на творческий процесс театра, формирование его репертуара, освещение каких-то проблемных тем. Однако, чтобы писать такие развернутые рецензии, была нужна определенная смелость: «поэтому желающих мало». Пиотровская предложила театральным деятелям самостоятельно писать заметки и статьи в газету.

Вопроса о театральной критике в своем выступлении коснулся и другой журналист – сотрудник «Ленинградской правды». Он полагал, что литературная критика в газете и журнале является серьезным орудием коммунистического воспитания, но это не значит, что газета должна рецензировать все спектакли[376]. По его мнению, газета имела право рецензировать только те пьесы, которые она считала серьезными произведениями или которые являлись неким водоразделом или новацией в театральной жизни. В крайнем случае, редакцию интересовали полные неудачи в постановках, то есть заметные или ключевые события. Говоря о публикации статей театральных деятелей, он указал, что Н. П. Акимов часто писал для «Ленинградской правды», его статьи всегда радовали читателей и редакцию. Кроме режиссерской работы Н. П. Акимов активно занимался сотрудничеством с периодическими изданиями. Ряд его статей был опубликован в журнале «Театр»[377].

Итоги совещания подвел заместитель начальника Управления культуры И. С. Ефремов. В своей речи он отметил необходимость создания нового печатного периодического издания, посвященного театральному искусству, и указал на недостатки работы газет в области театральной критики: нужные и наиболее полезные спектакли не были освещены, а менее удачные, даже иногда бесполезные освещались в достаточной степени. При этом, как отметил докладчик, информация о спектаклях «сильно зависит от личного вкуса редакторов» и это не способствовало развитию театральной критики в Ленинграде. Таким образом, по мнению И. С. Ефремова, представлявшего официальную точку зрения, в работе ленинградских газет субъективизм оказал отрицательное влияние на оценку театральных произведений. И. С. Ефремов согласился с мнением театрального критика С. Л. Цимбала о том, что задача критики – активизировать творческие силы, следовательно, критика воспитывает не только зрителя, но и художников, актеров, режиссеров, направляет их по правильному пути.

В итоге Управление культуры Ленгорисполкома приняло следующие решения. Театральные критики должны были отвечать за свою работу, поддерживать высокий идейно-художественный уровень и квалификацию. В Ленинграде предполагалось создать свой печатный орган по вопросам литературы и искусства. Кроме того, планировалось улучшить взаимоотношения между театрами и журналистами, устраивать встречи журналистов с коллективами театров на репетициях и премьерах.

Однако в рассматриваемый период (1953–1964) в Ленинграде так и не появился журнал, который был бы посвящен только театральному искусству. Под совместным руководством Управления культуры Ленгорисполкома и ЛО ВТО выходил еженедельник-программа «Театральный Ленинград»[378] (начал издаваться с 1946 г.), в котором освещалась деятельность театров. В конце 1956 г. Управление культуры вместе с ЛО ВТО провели преобразование программы в издание, которое не только сообщало зрителям общие сведения о спектаклях, но и рассказывало о готовящихся премьерах и других событиях, относящихся к жизни и деятельности театров[379]. Была расширена и литературная часть, она включила в себя рубрики «Новые спектакли», «Наши гости», «Актеры и роли», «О тех, кого не видит зритель», «Творчество молодых» и т. д.[380] Из-за долгого отсутствия специального театрального журнала в Ленинграде некоторые театральные деятели захотели сделать данное еженедельное издание журналом. По этому поводу Управление культуры Ленгорисполкома и ЛО ВТО организовали конференцию читателей для обсуждения. Заместитель начальника театрального отдела Управления культуры Н. Фиглин заявил на конференции, что между программой и журналом существует различие. Задача программы заключается в том, чтобы пропагандировать достижения актеров, театра и рекламировать спектакли. Хотя литературная часть была увеличена, это не привело к перерастанию в журнал. Ряд театральных деятелей и читателей, которые присутствовали на конференции, также выразили подобное мнение. «Театральный Ленинград» явился массовым чтением, издание не только ориентировалось на театроведов и актеров, но и представляло интерес для широких зрителей, любителей театра. После преобразования «Театральный Ленинград» стал лучше, но задача его не была изменена.

Анализ проблем, которые были тесно связаны с театральной критикой, – улучшение теоретического уровня рецензирования, изменение качества художественной критики, увеличение числа критиков (в том числе молодых), создание новых журналов, посвященных театральному искусству – показал, что, к сожалению, эти проблемы легче разрешить в центре, в Москве, а не на местах. Даже в Ленинграде – культурном центре СССР – остались проблемы, не разрешенные в изучаемый период.

2.3. Репертуарная цензурная политика

Серьезным вопросом театральной жизни в исследуемый период стал вопрос о репертуаре драматических театров. С 1953 г., когда зарубежные спектакли начали появляться на советской сцене, в партийных документах и приказах Министерства культуры СССР/ РСФСР периодически зазвучали требования дать преимущества спектаклям, посвященным важнейшим темам современной советской действительности. Подчеркивая важную роль современной отечественной драматургии, руководство театров сетовало на то, что в репертуарах почти всех драматических театров не было уделено достойного внимания русской классике. Театры относились к классическим постановкам очень сдержанно. Причины для этого были многообразные. Руководители театров понимали, что классика имеет большое значение для культуры страны, особенно для РСФСР, однако произведения русской классической литературы чаще всего не соответствовали идеологическим требованиям, предъявляемым к спектаклям.

В приказе Министерства культуры РСФСР от 13 июля 1957 г. значилось следующее: «Из анализа нового репертуара, созданного театрами РСФСР в истекшем сезоне, видно, что многие театральные коллективы РСФСР недооценивают задачу пропаганды классического наследия и перестали заботиться о пополнении своего репертуара лучшими произведениями русской классики»[381]. Такая ситуация с формированием репертуара была характерна для Ленинграда на протяжении 1953–1964 гг.

[340] Партия ведет // Театр. 1956. № 2. С. 3.

[341] Партия ведет // Театр. 1956. № 2. С. 4–5.

[342] Там же. С. 6.

[343] Партия ведет // Театр. 1957. № 10. С. 12.

[344] Там же.

[345] Там же.

[346] За боевую принципиальность и партийность // Театр. 1957. № 11. С. 7.

[347] Там же.

[348] Соколова А. За партийную принципиальность в театральной критике // Коммунист. 1958. № 3. С. 103.

[349] Там же.

[350] Велехова Н. Все ли пути изведаны // Театр. 1957. № 4. С. 43–53.

[351] Соловьева И. Отступление в космос // Театр. 1957. № 6. С. 44–48.

[352] Кардин В. О провинциальности и чувстве современности // Театр. 1957. № 2. С. 45–57.

[353] Строева М. Критическое направление ума // Театр. 1957. № 6. С. 59–69.

[354] Соколова А. За партийную принципиальность в театральной критике // Коммунист. 1958. № 3. С. 102.

[355] Софронов А. Во сне и наяву // Литературная газета. 1957. № 146, 147 и 149.

[356] Строков П. Вопросы развития советского театра в освещении журнала «Театр» // Советская культура. 1957. № 167.

[357] За боевую партийную критику // Театр. 1958. № 4. С. 148.

[358] Там же. С. 146.

[359] Там же. С. 147.

[360] За боевую партийную критику // Театр. 1958. № 4. С. 148.

[361] Там же.

[362] Обсуждение работы журнала «Театр» за 1958 год // Информационные материалы о работе Ленинградского отделения Всероссийского театрального общества за 1958 г. Л., 1958. № 21–22. С. 70.

[363] Там же. С. 69.

[364] Там же. С. 72.

[365] Там же. С. 72.

[366] Там же. С. 75.

[367] На обсуждении работы журнала «Театральная жизнь» // Информационные материалы о работе Ленинградского отделения Всероссийского театрального общества 1959 г. Л., 1959. № 23–24. С. 58.

[368] Там же. С. 58.

[369] Там же. С. 61–62.

[370] Письмо деятелей театра В. М. Молотову об итогах IX съезда Всероссийского театрального общества и о неудовлетворительном состоянии театрального искусства от 27 мая 1955 г. // Аппарат ЦК КПСС и культура, 1953–1957: документы. М., 2001. С. 421.

[371] Совещание по вопросу «О состоянии театральной критики в ленинградской печати». 7 мая 1959 г. // ЦГАИПД СПб. Ф. 24. Оп. 113. Д. 40. Л. 77.

[372] Совещание по вопросу «О состоянии театральной критики в ленинградской печати»… Л. 85.

[373] Там же. Л. 101.

[374] Там же. Л. 113.

[375] Там же. Л. 114–115.

[376] Там же. Л. 125.

[377] Акимов Н. П. Театр и зритель // Театр. 1956. № 4. С. 67–74.

[378] В РНБ в настоящее время хранится специздание «Театральный Ленинград: справочник». В нем опубликован ряд информационно-справочных сведений: краткая историко-творческая характеристика театров; телефоны и адреса театров и концертных организаций, домов культуры; планы зрительных залов, расценки за места; текущий репертуар; местонахождение районных театральных касс. Таким образом, «Театральный Ленинград» не являлся журналом, посвященным театральному искусству.

[379] На конференции читателей еженедельника «Театральный Ленинград» // Материалы о работе Ленинградского отделения Всероссийского театрального общества. 1958. № 16–17. С. 60.

[380] Там же.

[381] Об итогах театрального сезона 1956–1957 гг. и задачах работы театров в новом сезоне: приказ № 429 министра культуры РСФСР от 13 июля 1957 г. // ЦГАЛИ СПб. Ф. 105. Оп. 1. Д. 570. Л. 193 об.