Бухта Магнолия. Магия, чистая и злая: читать начало книги онлайн

Наэль ступил внутрь фургона и присел перед женщиной. Осторожно положил ей на плечо ладонь. Сперва она, казалось, не заметила этого прикосновения, но потом повернула к нему голову:

– Я… я хочу…

– Чего ты хочешь?

– Я хочу летать. – Она смотрела на него с такой мольбой, как будто понимала, что это, может быть, последний день ее жизни. В ее путаных словах, казалось, крылось нечто большее. Я хочу летать. Я хочу жить. Я хочу снова быть самой собой.

Их контакт продлился лишь в течение трех ударов сердца, а потом взгляд ее снова уплыл прочь от Наэля сперва к точке над его головой, потом к двери фургона, затем к собственным ногам и наконец в никуда. Наэль поднялся и вышел из фургона.

– Это туман так действует, – объяснил ему 147-й.

Как будто Наэль сам этого не понял! Сперва удавленница, теперь эта бродяжка – две жертвы одного и того же заклятия в один день. На это было очень тяжело смотреть! Одно дело бездомный – цементная болезнь могла настигнуть каждого, кто жил в антисанитарных условиях. Ни Наэль, ни «Горящая лилия» не были за это в ответе. Но эта женщина… Кто-то схалтурил и не только затуманил ее разум магическим заклинанием, но и полностью раздавил. Растерзал на клочки, да так основательно, что никто уже не сможет вернуть бедолаге способность мыслить. И этот кто-то был не безликий демон…

– Кто знает, может, у нее еще есть шанс, – с сомнением добавил 146-й.

Наэль отрицательно помотал головой. Она была навсегда потеряна в тумане – не больна, но и не здорова. Ей уже никогда не оправиться.

– Что, отвезти этих двух обратно? – спросил 146-й. – Я имею в виду, туда, где мы их нашли?

И при этом допустить, что отпущенные кому-нибудь расскажут, что или кого они сегодня видели? Хотя бездомные выглядели такими потерянными, что Наэль сомневался, понимают ли они вообще, что происходит. А даже если и вспомнят, кого видели, кто им поверит? И все-таки… Правила синдиката непреклонны. Кто ставит на кон безопасность – то есть в первую очередь сохранение тайны существования «Горящей лилии», – тому в синдикате делать нечего. Наэль держался за рабочее место в синдикате мертвой хваткой. Он не рискнет. Не теперь, когда он был так близок к тому, чтобы подняться в иерархии синдиката и приблизиться к своей высшей цели.

Именно ее он должен был преследовать постоянно. Он поклялся себе сделать все, чтобы отомстить. Даже если бы это означало иногда принимать решения, делающие его чудовищем. У него не было выбора.

– Мы не можем их выпустить. Это рискованно. Отвезите их в больницу Бухты. – Там работало несколько магов-целителей и администраторов, которые сотрудничали с «Горящей лилией», так что Наэль мог не беспокоиться о сохранении тайны. – Пусть маги решают, что с ними будет.

Впрочем, какая участь им уготована магами, понятно без лишних слов.

12. Вон оно как, когда ты в отчаянии. Люсьен

Вблизи город Крепостная Стена показался Люсьену еще страшнее. Массивная стена высотой в шестьдесят этажей упиралась в небо и поглощала солнечный свет. Большинство окон было заколочено досками, между другими натянуты бельевые веревки. И хотя комплекс зданий города казался со стороны заброшенным и пришедшим в полный упадок, Люсьену все же почудилось, что он ощущает в зданиях присутствие тысяч бьющихся сердец.

Вход туда был лишь один – узкое отверстие между двумя высотками – и под охраной двух коренастых сторожей казался защищенным надежно.

– Как ты думаешь, свинка? – пробормотал Люсьен, обращаясь к животному, которое нес, зажав правой рукой под мышкой. Свинка в ответ хрюкнула. – Ты права, это какая-то дурацкая идея.

Если не повезет, экскурсия в город Крепостная Стена завершится приблизительно так же, как его вчерашний поход в квартал клана: разбитым носом, множеством синяков и осознанием, что его отец был прав, когда бросал на него грозный взгляд с немым вопросом: «Как это возможно, что мой сын соображает не лучше огурца?»

Но так оно бывает, когда успеваешь окончательно отчаяться. Принимаешь дурацкие решения. И Люсьен зашагал ко входу в город Крепостная Стена, удерживая свинку. Там ему преградил путь один из охранников. Ощущения были такие же, как и с самим городом: издали он выглядит угрожающе, а вблизи чуть ли не смертельно опасным. С расстояния в несколько метров охранник казался Люсьену высоким и могучим, а теперь он был прямо-таки гигантом – или это сам Люсьен уменьшился от страха?

Правая половина лица охранника была обезображена шрамом от ожога, и у него не было правого глаза. Однако взгляд левого был острым как бритва.

– Чего тебе?

– Я… эмм… – Последняя капля уверенности в своих силах испарилась, когда Люсьен увидел теневую кошку, выступающую из темноты. Животное было такое же сумрачное, как тень, породившая его, размером с теленка, а зубы длиной с указательный палец Люсьена, который это исчадие ада могло с легкостью откусить. Свинья хрюкнула. Люсьен понял: Держи себя в руках!

Он распрямился, расправил плечи, вскинул подбородок и сказал с уверенностью, которой вообще не чувствовал:

– Я ищу…

Внезапно щеку обдало волной теплого воздуха, оставившей после себя легкое покалывание.

– Мама Лакуар тебя уже ждет. Следуй за ветром, – рявкнул охранник и отступил в сторону.

Как странно! Но Люсьен не хотел испытывать судьбу и протиснулся мимо охранника под тесную арку между двумя высотками, ступая по нечистотам. Следуй за ветром. Это звучало как-то безумно, но не безумнее того факта, что он последовал совету чокнутого бандита и пустился к самому опасному заведению Бухты Магнолия, чтобы найти там женщину, про которую ничего не слыхивал и даже не догадывался, как она может ему помочь. Итак, он последовал за ветром в один из подъездов и поднялся вверх по лестнице на одиннадцатый этаж, тяжело дыша.

Десятки запахов сливались в попурри, от которого свинка радостно завертела хвостиком. Люсьен различил аромат благовоний, запах какой-то еды, фекалий, угля и… крови? Волна запахов вместе с шумами приглушила чувства тихим шепотом и отдаленным смехом, звоном колокольчиков и шарканьем ножа о точильный камень, стуком, хлопаньем и шорохами, окружавшими со всех сторон.

Сразу за лестничной площадкой на полу сидели две девочки и играли в кости. Одна из них подняла голову, молча посмотрела на Люсьена и указала в том же направлении, куда его подгонял и теплый ветер.