Бухта Магнолия. Магия, чистая и злая: читать начало книги онлайн

По мановению ее руки по гладкой стене справа от Люсьена прошла волна, и поверхность превратилась в стекло, через которое он мог заглянуть в смежное помещение. Кто-то стоял на коленях перед алтарем, спиной к окну, а на алтаре, в окружении душистых палочек, камешков и мисочек, сидел крокодильчик. Позади него стояла фигура – девушки? Колдуньи?

Белые локоны парика обрамляли лицо, белоснежная кожа девушки была еще светлее, чем у мамы Лакуар; такой не бывает ни у одного живого существа. Вместо глаз на ее лице чернели две прорези, а на губах алела капля цвета вишни. Действительно ли то было ее лицо, или девушка носила маску? Ростом она была ниже мамы Лакуар и худенькая, однако, несмотря на хрупкость, казалось, своим присутствием заполняла все помещение. Когда она воздела руки, ткань ее одеяния раскрылась, как крылышки мотылька. В одной руке она держала нож с длинным лезвием. А когда опустила его, свинка взвизгнула, как будто догадываясь, что совсем рядом была погашена чья-то жизнь. Как будто понимала, что ее собственная жизнь может стать следующей.

Контуры соседнего помещения расплылись в глазах Люсьена. Теперь он слышал лишь испуганный визг свинки и учащенное биение собственного сердца. Кровь на алтаре в соседней каморке… ему еще никогда не приходилось видеть столько крови.

Он подхватил лилового четвероногого друга и зажал себе рот ладонью. Надо бежать отсюда со свинкой куда подальше. Иначе его сейчас стошнит под ноги колдунье, и он предпочел бы не выяснять, сколько она потребует в уплату за такую наглость.

13. Пусть утечет то, что было отдано в качестве жертвы. Зора

Стоило острию ритуального ножа проткнуть кожу крокодила и коснуться первой капли крови, магия забрала его жизнь. Горячая кровь заструилась по спине животного, когда Зора вонзила лезвие глубже в тело.

Внезапно она услышала едва различимое хихиканье мамы Лакуар. Вскинув голову, последовала за звуком в закуток позади своего клиента, стоявшего на коленях, опустив голову. Туда, где еще несколько секунд назад была прочная стена. Теперь же Зора видела через стекло маму Лакуар, сидящую, скрестив ноги, за письменным столом. Рядом с ней стоял молодой мужчина с длинными, до подбородка, светлыми волосами и загорелой кожей, которая сейчас приобретала зеленоватый оттенок. Он судорожно хватал ртом воздух, устремив полные ужаса глаза на Зору, или, вернее, на лезвие ножа у нее в руке. Оно светилось, напитавшись магической энергией. Парень был похож на жертвенное животное, пытающееся схватить последний глоток воздуха перед смертью.

Кто это? И что он делает у мамы Лакуар?

Парень отшатнулся, нагнулся и подхватил с пола свинку лилового цвета. Потом быстро развернулся и нетвердой поступью выбежал наружу. Невидимый смех мамы Лакуар летел вдогонку. И тут же у Зоры в голове послышался укоризненный шепот: Разве у тебя нет своих дел, девочка?

Зора поспешила сосредоточиться на своем клиенте. Одно из основных правил жертвенной церемонии: мыслям, не направленным на исцеление клиента, во время процедуры не было места, нельзя было никогда – ни за что! – отвлекаться.

– Встань, – потребовала Зора. И с этого момента ею полностью завладел проводимый ритуал.

Клиент с трудом поднялся. Правую руку, усеянную порезами и безжизненно свисавшую под необычным углом, он поддерживал ладонью левой. Человек получил увечье в результате несчастного случая, произошедшего на одном из промышленных кораблей, которые каждый день сотнями становились на якорь в порту Магнолии.

Зора жестом приказала мужчине вытянуть перед собой обе руки, насколько это было возможно, и он с трудом подчинился, приподняв увечную руку с гримасой боли на лице. Она поместила лезвие между его ладонями и положила свои ладони ему на плечи. Затем пробормотала слова заклинания на языке первых магов; в наши дни этот язык уже едва ли кто понимает.

– Шо-кура эш денибаль ас хораку. Пусть утечет то, что было отдано в качестве жертвы.

Это было чистой воды шоу. На самом деле для целительной магии слова были не нужны. Мысленно Зора уже направила магическую энергию с лезвия в руку клиента. Порезы закрылись, ошметки плоти сцепились воедино – сперва в ярко-красных швах, от которых вскоре остались лишь тонкие шрамы. Кровоподтеки рассасывались под кожей и бледнели. Кости одним щелчком вправились, заняв требуемое положение, связались на изломе и срослись – это был болезненный процесс, пациент постанывал. Но все продлилось лишь несколько секунд, и вот уже рука разместилась под правильным углом к плечу. От кровоподтеков и порезов почти не осталось следа. Мужчина недоверчиво водил пальцами по заживленной коже.

– С-спасибо… – произнес он ошеломленно.

Зора опустила голову в сочувственном жесте, отвернулась и вышла из помещения. Она всегда давала клиентам, или даже скорее пациентам, время прийти в себя и собраться, прежде чем они покинут ритуальную комнату.

В закуток мамы Лакуар Зора вошла без стука. Наставница сидела за письменным столом, вытянув длинные ноги, закинув их на стол и покуривая трубку.

– А что это вообще было? – воскликнула Зора.

– Укроти свой темперамент, девочка, – осадила мама Лакуар.

Однако улыбка, играющая у нее на губах, выдавала, что втайне она гордится ученицей. Никто никогда не врывался в кабинет мамы Лакуар и не призывал ее к ответу, зато ходили слухи – скорее всего, преувеличенные, – что мама Лакуар делает с теми, кто ее рассердит. Видимо, никто особо не жаждал закончить жизнь улиткой. Зора же ее не боялась, и это импонировало колдунье – что, конечно, не значило, что она стала бы терпеть возражения или недовольство какой-то пигалицы.

Зора стянула маску с лица и продолжила спокойно:

– Парень у тебя в кабинете сбил меня во время ритуала, я отвлеклась.

– Так уж и сбил? – Уголки губ мамы Лакуар чуть приподнялись. – Похоже, тебя это злит.

Разумеется, злит! Зора проглотила возражение и кивнула.

– Что ты знаешь о зильфуровых венах? – продолжила мама Лакуар.

Зора уже привыкла к тому, что ее наставница быстро меняет тему. И моментально выдала ответ:

– Зильфуровые вены – это магическая болезнь. Злокачественные магические частицы распространяются по всем кровеносным сосудам и заражают внутренние органы. Какие органы окажутся задеты, зависит от общего состояния иммунитета больного, у всех по-разному, но чаще всего страдают легкие, почки и сердце, реже – половые органы и мозг.

Наставница кивнула.

– А симптомы? – уточнила она.