Океан: читать начало книги онлайн

– И давно они женаты?

– Неважно. Она обманом женила его на себе!

– Каким образом?

– Хитростью, как же ещё?

Галина не понимала. Клавдия решила не озвучивать теорию менструации.

– Она его шантажировала. Сказала, что покончит самоубийством, если он на ней не женится.

Галина бросила на клиентку недоверчивый взгляд и разложила карты. Король вылетел спиной к королеве. Алины скоро не будет в его жизни. Колдовство уже было лишним – Клавдия всё сделала сама.

– Вы гарантируете результат? – уточнила Клавдия.

– Гарантии даёт только Господь Бог, – ответила Галина. – Но я её с вашим сыном не вижу.

И подумала: «Да уж, с такой мамашей ни одна долго не задержится».

Теперь по субботам Клавдия ходила к гадалке, а по воскресеньям – в храм и не видела в этом никаких противоречий. Она чередовала «разделывание туши» с исповедью до тех пор, пока однажды не поделилась с другой прихожанкой храма своими методами борьбы со злом. Та по-христиански предупредила, что обращение к магам и колдунам подобно мине замедленного действия – жди, что аукнется до седьмого колена: «Своими “благодеяниями” вы можете разрушить не только судьбу сына, но и всего вашего рода. Бог в помощь!» Клавдия была не из робкого десятка, однако свои походы к Галине она прекратила.

Глава 12

Алина стояла у мольберта, когда раздался победный крик со стороны кухни:

– У-у-у-ужин!

Она вытерла испачканные краской руки о фартук и спустилась. Алекс сидел за столом, мать порхала вокруг него с тарелками и приборами. Алина порадовалась такой идиллии и сказала мягко:

– У вас так хорошо тут… Жаль, не могу присоединиться, мне надо ещё поработать.

Клавдия резко развернулась в её сторону:

– Да как же это? Я старалась, голубцов накрутила…

– Спасибо вам большое, я потом поем. Прошу прощения, у меня там такое дело… Вдохновение…

– И плевать на семейный ужин, да?

Лицо Клавы вдруг преобразилось, отражая целую гамму эмоций, которая вызвала у Алины внутреннее смятение. В её груди возникло непонятное давление, словно в комнате внезапно стало тесно, и она неосознанно отступила на шаг назад. «Что происходит?» – подумала она. За долгие годы проживания в Америке, где чужие люди совершенно искренне улыбались на улице и всегда были готовы протянуть руку, она отвыкла от такой открытой агрессии и ненависти.

– Мы тебе оставим несколько штук, хорошо? – спросил Алекс, чтобы разрядить ситуацию.

– Спасибо, милый.

Алина почувствовала полыхающий взгляд осуждения за спиной. Конечно, она могла бы попытаться объяснить, почему не может сейчас оторваться от работы, но ей и самой трудно было выразить это словами. Как объяснить то, как из чистого холста вдруг рождается картина; откуда берётся то, чего раньше не было? Значит, где-то на каком-то уровне это уже существует и нужно только уметь это взять? Или нет, не так. Попросить, заслужить, оплатить – своей энергией, концентрацией сил, временем, эмоциями. И потом как из рога изобилия на тебя посыплются дары – только успевай выбирать краски и накладывать на холст. А не успеешь, замедлишь – и всё, ускользнула твоя жар-птица, и сиди тогда днями перед белым холстом…

Настоящий мастер, будь то художник, писатель или музыкант, даже не может полностью признать стопроцентное авторство своего труда – он понимает, что он всего лишь посредник, связующее звено. Между произведением и кем? Древние греки называли их музами, сегодня мы говорим, что это вселенский разум или поток. Всё это Алина чувствовала подсознательно, но не могла выразить словами. И даже если б смогла, вряд ли Клава со своими голубцами её поняла.

Вечером позвонила Машка.

– Вот же, свекровь головного мозга… – поддержала она Алину. – А знаешь что? Переиграй её. Скоро Новый год… Напиши её портрет.

– Что-о-о?!

Алина аж присела. От мысли о том, что дело её жизни соприкоснётся с источником всех её проблем, она не то что испугалась, а просто пришла в ярость.

– Не будет этого! Чтобы её! На портрет! Это же как вообще…