– Я знал, что ты не захочешь, – раздраженно произнес он и отстранился.
– Зачем ты приехал к больнице? Чего ты там ждал? Откуда ты знал, что я сбегу оттуда именно сегодня? Зачем купил эту еду? Для кого? Что все это означает?!
Игнорируя мой требовательный тон, Соулрайд не спешил давать ответы, а глядел перед собой, нервно покусывая губу. Я подумала, что наедине со мной он оказался совсем не таким говнюком, каким я видела его на Перл-Лейк-Роуд. Но почему-то сейчас я презирала его, будто именно Гектор был повинен в том, что со мной случилось.
Ты не пришел ко мне, ты ни разу не пришел ко мне, – ревело все внутри, но я не позволяла словам вырваться. Если бы ты пришел, я бы стерпела любую боль. Ты просто сволочь! Самовлюбленная, эгоистичная сволочь. Достаточно было одного твоего визита, чтобы притупить мою агонию. Ты мог бы стать моим самым эффективным обезболивающим, но просто не захотел. Дура! Он тебе ничего не должен!
Мы молчали, пока я окончательно не успокоилась. Наладив дыхание и устранив постыдные слезы, я подняла глаза на Соулрайда. Его вид полнился решимости и негодования, взгляд потемнел и затуманился, а лицо будто постарело. Он выглядел по-своему притягательно, когда негативные эмоции обуревали им, но не настолько, чтобы я тут же потеряла голову.
– Сара, – пробасил он. – Ты ничего не хочешь мне рассказать?
Я молчала, физически ощущая, как одно его присутствие давит на меня, когда он говорит с такой интонацией. Я задала ему столько вопросов, а он спрашивает меня вместо того, чтобы дать хоть единственный ответ.
– Ты ничего не хочешь рассказать мне, Сара? – повторил Соулрайд и заглянул в глаза.
– Отвези меня домой, – не выдержала я.
– Что ты сказала? Домой?
– Риджфилд-авеню, 17.
Гектор взбесился, но просьбу выполнил. Всю дорогу я слушала его гневное сопение, пока мы не остановились у дома Патрика. Едва я двинулась, чтобы покинуть салон, мужчина мягко удержал меня и спросил:
– Я действительно настолько неприятен тебе?
Это прозвучало с таким наивным непониманием, что я едва подавила улыбку. Жестоко оставив вопрос без ответа, я покинула переднее пассажирское. Автомобиль умчался сразу, как только дверь за мной захлопнулась. Я проводила его самодовольным взглядом, спрятав руки в карманы.
Переступая порог дома, я ощущала, как толчками нарастает безудержная радость, бывшая приглушенной в присутствии ее источника. Восемьдесят пятый привез меня домой. Ничто не могло затмить этой мысли. Ибо она сияла, как свежий снег на солнце, ослепляющий перспективами.
12. Ехать по кругу
– Парней меняешь как перчатки.
Патрик снова застал меня врасплох появлением из ниоткуда. В последнее время я заметила за ним странную особенность: едва Гвен не было рядом, он навязывался мне со своими странными разговорами и подозрительными взглядами. Беседовать с матерью по этому поводу я не собиралась. Пока что. Она в нем души не чает и уверена, что это взаимно. А вот я уже сомневаюсь. И меня стало от него тошнить еще сильнее, чем раньше.
– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась я, отложив в сторону Диккенса.
Патрик вальяжно уселся в большое кресло напротив, окинул меня надменным прищуром, будто рентгеном просветил.
– А то сама не понимаешь.
– Допустим, что нет.
– Ты теперь с Гектором, я заметил.
– С чего это ты взял? – в негодовании я неосознанно приподнялась.
– Видел недавно, как ты вышла из его автомобиля.
– И?
– Сначала с Биллом катаешься. Теперь с этим… Через неделю будет кто-то третий?
– Я отчитываться перед тобой должна или оправдываться?
– Ты живешь в моем доме. Можно сказать, что я заменяю тебе отца. Так что будь добра…
– Не смеши меня. Отца он заменяет… И что, решил заняться моим сексуальным воспитанием?