Сломленная голубка (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я полагаю, что в этот час большинство людей готовятся ко сну или, возможно, уже находятся в стране грез, готовясь рано встать на работу в девять утра или отвести своих детей в школу. У меня не было ни работы с девяти до пяти, ни детей. Что у меня действительно было, так это копия моего заявления об увольнении, которое я отдала своему чересчур расточительному боссу и черная кошка с проблемой поедания тканей.

Прошел месяц с тех пор, как я уволилась, и почувствовала, что с моих плеч свалился такой груз и появилось чувство свободы. Эта офисная работа медленно высасывала из меня жизнь, в то время как мой босс хотел, чтобы я высосала жизнь из него, если вы понимаете, что я имею в виду. Парень не понял намека, хотя этим — намеком было слово "нет", произнесенное полдюжины раз.

Прежде чем уволиться с работы, я скопила достаточно денег, чтобы немного прокормиться, пока не решу, чем хочу заниматься дальше. Мне нужен новый старт, и, хотя я ненавижу бегать, это помогает мне расслабиться и ясно мыслить. Я также нахожу ночное небо таким успокаивающим с его мерцающими звездами и луной, что я могу часами смотреть и потеряться в нем.

«Like a Stone Audioslave» звучит у меня в ушах, когда я прохожу мимо парка с баскетбольной площадкой, которая днем обычно заполнена людьми. Я продолжаю идти по улице, пока не прохожу мимо закусочной Бетти, и тут внезапно моя музыка обрывается. Я достаю телефон из поясной сумки и обнаруживаю, что у меня только что села батарейка. Что ж, это просто здорово. Музыка помогает сделать эти пробежки терпимыми. Я еще немного ускоряю темп, не слыша ничего, кроме своих тяжелых шагов по цементному тротуару и слабого стрекотания сверчков.

Я нахожусь в своем последнем квартале, который мне меньше всего нравится, потому что он такой уединенный и далеко от главной дороги. Заворачивая за угол, чуть не врезаюсь в крупного бородатого мужчину с надетым капюшоном толстовки и курящим сигарету. Дым поднимается в воздух, между нами, и борюсь с желанием смахнуть его. Я не выношу запаха сигарет.

— О черт, мне так жаль, — испуганно говорю я.

Я бы сказала, что он привлекательный мужчина, если бы не яд, торчащий у него изо рта.

— Не беспокойтесь, мисс, — отвечает мужчина с удивительно яркой улыбкой, поворачивается и начинает пятиться, все еще глядя на меня. Как будто это совсем не жутко.

Я киваю и поворачиваюсь, чтобы продолжить бег, когда на этот раз действительно натыкаюсь на что-то. На дерево. Нет. На человека. На другого мужчину. Боже, что со мной не так сегодня вечером? В свою защиту скажу, что я редко сталкиваюсь с кем-либо на своих пробежках, не говоря уже о двух людях спина к спине.

Я поднимаю взгляд, чтобы встретиться с его лицом, и обнаруживаю, что смотрю на мужчину, который возвышается надо мной, ростом чуть больше шести футов, в то время как мой рост всего пять футов два дюйма. Его пронзительные светло-голубые глаза ярко сияют даже в тускло освещенной ночи, напоминая яркое весеннее небо. Однако его лицо скрыто лыжной маской, а капюшон надвинут, оставляя видимыми только его завораживающие глаза. Чувство неловкости охватывает меня, побуждая инстинктивно отступить от него на шаг.

— Мне… мне очень жаль. Я вас не заметила, — с трудом выговариваю я, стараясь говорить ровным голосом.

Голубоглазый мужчина просто продолжает смотреть на меня. У меня кровь стынет в жилах. Я начинаю отступать еще на шаг, когда меня внезапно хватают сзади и зажимают рот тряпкой. Паника охватывает меня, когда я инстинктивно вдыхаю и пытаюсь вырваться. Я снова смотрю на мужчину передо мной, мои глаза молят о помощи, как будто он не был частью этого. Его взгляд опускается вниз, как будто ему стыдно. Потом у меня в глазах становится темно.

Глава 1

Каллум

Пятнадцать лет спустя я направляюсь в тюрьму, чтобы забрать своего старшего брата, который сегодня наконец выходит на свободу после отбытия более мягкого наказания, чем он заслуживал. По крайней мере, таково было мнение общественности. Их волновало, что у нашего отца был вспыльчивый характер и он физически, а также морально издевался над нами? Волновало ли их, что технически это была самооборона, а он был куском дерьма? Нет. У моего брата были неприятности с законом с тех пор, как мы были детьми. И в его двадцать три года общественность просто видела в нем жестокого преступника, который только что добавил к своему послужному списку убийство нашего отца, и они считали, что он заслуживает пожизненного заключения.

Мой брат далеко не святой. Он облажался и борется со своими внутренними демонами. Я считаю нашего отца ответственным за ту роль, которую он сыграл в создании того, в кого превратился мой брат. Но он мой старший брат, и я не могу отрицать связь, которую мы разделяем. То, что он сделал в тот день пятнадцать лет назад, спасло мне жизнь. Мне было восемнадцать лет, и моя жизнь была бы совершенно иной, если бы не Коул. Я обязан ему всем.

Я жду снаружи, прислонившись к своему грузовику, когда вижу Коула, выходящего из тюрьмы уже свободным человеком. Он видит меня и вскидывает руки вверх, крича:

— Брат!

Я с улыбкой отталкиваюсь от грузовика и иду к нему. Мы сталкиваемся в крепких объятиях.

— Рад тебя видеть, Коул.

— Ну, если бы ты заходил чаще...

— Не начинай с этого, — говорю я, обрывая его.

Несколько лет назад его перевели в эту тюрьму, и до нее было три часа езды в одну сторону. Из-за моей напряженной работы на стройке с большим количеством сверхурочных регулярно навещать его становилось все сложнее. Я знаю, что Коул понимал и не держал на меня зла. Ему просто нравилось дразнить меня.

— Ах, да, пусть прошлое останется в прошлом. Это новый день. Нужно начать все сначала. Давай убираться отсюда и поедем домой, — говорит он, похлопывая меня по плечу.

Мы сели в мой грузовик и отправились в трехчасовую поездку домой. Дом — это тот же дом, в котором мы выросли. Тот же дом, в котором был убит наш отец. Я мог бы продать его, но мне казалось неправильным продавать единственный дом, который Коул когда-либо знал, пока сидел взаперти. К тому же он передавался из поколения в поколение, и это довольно приятная обстановка.

В собственности большой участок земли, и она расположена в глубине леса, вдали от главной улицы и еще дальше от центра города. Большинство людей даже не знают, что здесь есть дом. Такое ощущение, что мы существуем исключительно для окружающей нас дикой природы, и, честно говоря, мне так больше нравится. Даже когда я выезжаю в город, стараюсь не высовываться и придерживаюсь самого необходимого. Работа, поручения, а затем возвращаюсь в мирное уединение моего тайного убежища.

Даже спустя столько лет местные жители все еще бросают на меня косые взгляды. В основном люди постарше. Они смотрят на меня как на испорченный товар или судят меня из-за моего брата и думают, что от меня такие же проблемы, как и от него. На самом деле я их не виню.

Мы выезжаем на длинную грунтовую дорогу, ведущую к нашему дому. Коул опускает окно и высовывает голову, как собака.

— Пахнет все так же. Чувак, как же соскучился по этому запаху. — Говорит он с широкой улыбкой. Мне приятно видеть, как мой брат улыбается. Приятно наконец-то вернуть его домой.

Припарковав грузовик, мы направляемся внутрь старого дома в стиле хижины, окруженного густо посаженными высокими деревьями, которые все еще выглядят пышными. Но скоро наступит осень, и зеленые листья станут золотыми и багряными, пока они не заплачут и не упадут на землю навстречу своей холодной зимней смерти.