Стало реально страшно. Я предполагала, что музыка принесёт мне любовь, но никогда не думала, что благодаря ей я стану пленницей маньяка.
А этот человек и есть такой. Он безумен, это видно по его спокойному сосредоточенному взгляду. Слышно по голосу и вся его равнодушная поза говорит о том, что этот человек жестокий безумец, раз так просто забирает меня из моего дома, от моего отца.
Давид
Ей страшно… я наслаждаюсь её страхом. Каждой молекулой воздуха в этом замкнутом пространстве. Она сейчас так близко от меня. Слишком близко. Чувствую, как трепещет и колотится её сердце. Даже сквозь тихий шум мотора, ощущаю, как она дрожит, как вздыхает. Отворачивается. Стирает со щеки слезу.
С упоением, словно пью божественный нектар, я насаждаюсь её страданиями.
Наверное, я стал монстром. Чёрствым, бездушными. Не человеком совсем.
И почему-то мне нравится это. Если я монстр, пусть так и будет.
Как тот паук, поймавший в свою паутину белую бабочку. Беззащитную и утончённую. Собираюсь впрыснуть в неё свой токсичный яд, обездвижить и насладиться её трепетным, юным телом.
Подъехали к зданию. Небоскрёб из стекла, железа и бетона.
Здесь мои новые апартаменты. Двести пятьдесят квадратов, на сорок первом этаже.
Раньше у меня был дом. Была жена и был сын. Сейчас ничего и никого нет.
Дом был конфискован, когда меня забрали.
Жена ушла к другому, забрала сына и уехала в штаты. Там она исчезла. Как я не искал, как не пытался, ничего не получилось.
Я потратил очень много для того чтобы их найти, но все мои попытки не увенчались успехом. Думаю, она сменила полностью фамилии и имена и себе и сыну. Только, чтобы я не смог их найти.
Это жестоко. Но я справлюсь.
Машина остановилась. Я открыл дверь, вышел. Водитель тоже вышел и открыл дверь Софьи. Она вышла и остановилась, в ожидании моих приказов.
— Иди за мной, — я пошел к входу.
Не люблю подниматься через паркинг. Обычно водитель высаживает меня именно здесь. Люблю простор, после стольких лет закрытых пространств и камер.
Пройдя несколько метров, я обернулся. Девчонка стоит на месте, обхватив себя руками.
Несчастная.
Я сунул руки в карманы. Сжал челюсти, смотрю несколько секунд на эту удручающе-грустную картину.
— Если я ещё раз повторю, ты будешь наказана, — сказал, повернулся и пошел внутрь, с удовлетворением слушая за собой поспешные шаги.
Ей недолго осталось упрямиться.
Скоро она будет ловить каждое моё слово, выполнять все мои приказы и указания…
5
Софья
Я пошла за ним. Торопливо ступаю, боюсь не успеть и сильнее его разозлить. Холодная мимика его лица и так не выражает ничего хорошего. А после того, как я остановилась, Давид и вовсе видно разозлился.
Подошли к стеклянному входу, двери автоматически разъехались, впуская нас в такой же стеклянный холл.
Давид пошел к лифту, я за ним. Нет ни охраны, ни рамок. Видимо в таком грандиозном сооружении всё работает автоматически. Начинено роботами, камерами слежения и сигнализациями.
И точно, когда мы подошли к стеклянному лифту, Давид остановится возле светящейся панели, по которой тут же поползла полоса сканера.