— Справлюсь. Кофе побыстрее хочется.
— Тогда дерзай.
Артём отошёл к плите и начал колдовать над приготовлением кофе, демонстративно не смотря в сторону Марины. А Марина под конец освоилась и довольно ловко управлялась с рукомойником.
— Я — всё, — гордо сказала Марина.
— Молодец. Кофе будет готов через минуту.
Марина подошла к нему со спины и обняла, уткнувшись носом в шею.
— Я не пристаю, мне просто захотелось тебя обнять, — прошептала она ему на ухо.
Артём выключил газ и повернулся, положил ладонь ей на макушку.
— Приехала бы ты лет девять назад...
Она подняла голову и посмотрела ему в глаза.
— А я придумала, как нам сохранить дистанцию.
— Ну-ка.
— Ты станешь моим пациентом и включится профессиональная этика. Тебе ведь явно есть что обсудить с психологом.
— Хочешь меня уложить на кушетку и мучать вопросами?
— Точно. На кушетку, в пятом номере. И будем разговаривать, пока не уснём.
— Сдонжишь, — рассмеялся он.
Марина прыснула.
— Да-да-да.
— Но у меня будильник на шесть утра. Он громкий, тебя разбудит.
— В шесть утра в воскресенье? Зачем?!
— А завтра воскресенье?
— Ну, вчера точно была пятница, так что завтра — воскресенье.
— О, горе мне! Я работал в шаббат!
— Ты еврей?
— Я — шутник. Я встаю в шесть каждый день, чтобы испечь свежий хлеб. И это не зависит от наличия постояльцев.
— Ну, шесть утра, так шесть утра. И хлеб меня печь научишь.
— Научу. Есть поговорка, что каждый человек приходит к нам не просто так, а чтобы научить нас и научиться самому. Здесь ещё не было случайных постояльцев. Пойдём пить кофе.
— Пойдём.
Кофе пили молча. Но как будто пропало напряжение между ними. Она села напротив, но смотрела уже с обожанием, без вожделения. А он себе позволил просто любоваться ей и даже с интересом разглядывал зону декольте.
— Я помою, — сказала Марина, собирая чашки, — я теперь умею.