— Клим Миронович, отец Вовы.
— Я в курсе, кто он! — переходит ультразвук. — Что он тут делал с тобой? Вовка что, попросил у папочки новую игрушку и Шиловский приходил сюда, чтобы тебя купить?
— О-о-о, — тяну я. Понимаю, что этот бред приводит меня в чувство, и постепенно успокаиваюсь. — Лер, ты бы завязывала с дамскими романами, а? И откуда ты знаешь, как он выглядит?
Подруга выдыхает, прикладывает руку к виску, тоже, по всей видимости, пытаясь успокоиться.
— Я была с Мишкой на какой-то вечеринке для своих, и на нее пришел Шиловский. Я только видела его со стороны, не общалась, потому что мужики ушли в другую комнату обсуждать дела, а бабы сидели отдельно.
— Ясно.
— Что он тут делал?
— Представляешь, выяснилось, что Андрей Палыч не разговаривал с отцом Вовы, хотя я просила об этом. Инна Андреевна пригласила Шиловского на разговор, а сама слилась, сославшись на то, что у нее болит зуб! — произношу возмущенно.
— Знаешь, — качает головой Лерка, — не могу винить ни одного, ни вторую. Я бы тоже слилась.
— Но почему? — подхожу к столу и принимаюсь освобождать его от своих вещей, тетрадей и книг.
Лера окончательно приходит в себя и наклоняется ко мне:
— Что вообще ты знаешь о Шиловском?
— Ну он бизнесмен… Вернее, не совсем бизнесмен, — пожимаю плечами. — Кто-то вроде бандита?
Лерка подается вперед и закрывает мне рот ладонью:
— Чего орешь, дура? — осматривается вокруг, как тайный агент.
Я выпутываюсь из рук Леры.
— Просвети меня.
— Короче, слушай, — начинает шепотом. — Он практически хозяин города. Вернее, был его отец, а Клим продолжил династию.
— Разве не мэр хозяин города?
— Ха! Мэр — его брат. Двоюродный. Они как свет и тень. Как черное и белое, как день и ночь, понимаешь?
— Ну и метафоры!
Лерка нервно закатывает глаза:
— Свет — это мэр. А ночь — Клим.
— Что за игры? — нервно усмехаюсь. — Город засыпает, просыпается мафия.
Лерка округляет глаза и тыкает пальцем мне в лоб.
— Ай! — потираю место, куда она ткнула.
— Ты схватываешь все на лету.
— Какая к, черту мафия, Лера? Мы что, на Сицилии? Или в девяностых?
— А ты думала, ее нет? Она модернизировалась. Эти люди вышли в свет, надели пиджаки и встали во главе серьезных проектов. Да, они больше не бегают по улицам, расстреливая друг друга, правила поменялись, Если ты чего-то не знаешь, это не значит, что такого явления нет.
— Мамочки, — прикладываю руку к онемевшей щеке. — Так, Лер, мы нормально поговорили, он обещал помочь, и все. Я думаю, что все будет хорошо. Да. Точно. Я не сказала ничего плохого, не оскорбила его, все было очень пристойно. Он, конечно, отличается от других родителей, но он в то же время папа моего ученика! Все будет хорошо. Да, думаю, все хорошо закончится.