Он сделал ещё шаг назад.
Я увидела, как он провёл рукой по мокрой ткани рубашки, словно только сейчас осознал, в каком состоянии стоит передо мной.
Скажи что-нибудь, Алёна. Не молчи.
Но голос застрял в горле.
Он развернулся, собираясь уйти.
– Подожди! – сорвалось с моих губ прежде, чем я успела подумать.
Он остановился. Медленно, с каким-то едва уловимым напряжением повернулся ко мне.
– Да?
Я шагнула ближе, чувствуя, как сердце колотится так, что, казалось, его стук эхом отдаётся в ушах.
– Это… – я сделала глубокий вдох, сжимая пальцы в кулак. – Это ты прислал мне орхидеи?
Он замер, словно на секунду не был готов к этому вопросу.
Губы дрогнули, но он ничего не ответил сразу. Только смотрел.
– Да, я. Это просто цветы, Алёна. Мелочь, – сказал он глухо, наконец опустив глаза.
Но я видела, как напряглась его челюсть.
– Нет, не мелочь, – я покачала головой, и голос мой прозвучал тише, почти дрожащим. – Это было очень красиво. Мне было… приятно. Правда.
Он задержал взгляд на мне, и в его глазах мелькнула тень… надежды? Или это было желание?
Михаил снова сжал пальцы на груди, явно пытаясь совладать с собой, и… кивнул.
– Рад, что тебе понравилось.
И развернулся к двери.
Я почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось.
Он уходит.
Я смотрела, как он шагнул за порог. В мокрой, насквозь испорченной рубашке, джинсах, прилипших к телу, и без куртки.
Господи, он собирается выйти в таком виде на улицу?
– Михаил! – мой голос дрогнул, и я шагнула вперёд, почти машинально.
Он не остановился. Дверь захлопнулась.
Я осталась одна. В тишине.
В этой пустой, недостроенной квартире, где только что происходило что-то… слишком важное, слишком личное.
И теперь от этого не осталось ничего, кроме следов его прикосновений на моей талии и жжения на губах от страстного поцелуя.
Глава 45
Я стояла в своей пустой квартире, ощущая, как холод медленно пропитывает кожу, несмотря на тепло в комнате. В груди было тошнотворное ощущение – будто я разом потеряла что-то важное, что-то, что вот только что было так близко.