Впереди вдруг показалась какая-то огромная тень. Широко распростертые черные крылья почти заполнили собой ущелье.
Даал изо всех сил пытался осмыслить эту картину, пока его не захлестнула волна обуздывающего напева, заполнившая собой тесное пространство между стенами. Она не несла с собой никаких слов – одно лишь намерение.
«Я здесь!»
Услышав пушечный выстрел, сопровождаемый грохотом обваливающегося песчаника, и опасаясь худшего, Никс понудила Баашалийю увеличить скорость, полностью доверившись его чувствам – его отдающемуся эхом писку, пронзающему тьму.
Несколько мгновений назад Никс пронеслась мимо Арика. По лицу у того струилась кровь, но не успела она сделать попытку замедлиться и приготовиться к развороту, как он махнул ей и выкрикнул одно-единственное слово, которое воспламенило ее сердце:
– Быстрей!
Никс подчинилась этому приказу.
Наконец за очередным поворотом ущелья она заметила пару рааш’ке. В темноте было трудно отличить одного зверя от другого. Но еще до того, как увидеть их, Никс ощутила впереди источник силы, взывающий к голодной бездне у нее внутри.
И сразу поняла, что это Даал.
Она устремилась к нему, мысленно пришпорив Баашалийю и не отрывая взгляда от сгорбившейся в седле фигуры Даала. Тамрин, летящая на Хеффе чуть впереди и чуть выше него, вдруг отчаянно замахала руками, словно призывая ее поспешить.
Однако смысл был не в этом.
Баашалийя вдруг резко накренился, чуть ли не вертикально поставив крылья, и Никс, отброшенная вбок, повисла лишь на привязном ремне. Миррская летучая мышь проскочила мимо двух рааш’ке, едва не задев их. И лишь тогда Никс мельком углядела туго натянутую веревку, соединяющую этих двух скакунов. Которую сама она не заметила. Баашалийя мог воткнуться прямо в нее, отправив всех троих беспорядочно падать, наталкиваясь друг на друга и путаясь в ней.
Избежав опасности и едва только миновав Даала и Тамрин, Баашалийя сразу же резко развернулся, опять высоко подняв крыло. Никс вернулась в седло, когда их полет выровнялся, и только теперь поняла назначение веревки впереди.
«Тамрин тащит раненого скакуна Даала…»
Когда Баашалийя устремился вдогонку за связанной парой, над ними уже нависла тень буканира. Уйти от охотника на такой черепашьей скорости им явно не светило.
Поняв это, Никс напрягла грудь и пропела свое желание, обращаясь к сердцу Баашалийи. Золотистые пряди сплелись в картину ее намерений, вспыхнув в глазах у обоих.
Баашалийя все понял и рванулся вперед – поднырнул под Пиллара и словно завис под ним, летя чуть позади.
Выгнув шею, Никс крикнула Даалу:
– Прыгай ко мне! Баашалийя легко вынесет двоих!
Но это была не единственная причина.
Она глянула мимо Даала на тень буканира.
«Сейчас понадобимся мы оба».
Когда Никс крикнула еще раз, Даал напрягся. Такой прыжок не страшил его, но ему не хотелось покидать Пиллара. Он потянулся к загривку своего скакуна, ощущая каждый его натужный вдох и каждый тяжелый удар его сердца.
Никс опять окликнула его – с лицом, пылающим от паники и раздражения.
– Не обремененный твоим весом, твой Пиллар с помощью Хеффы и Тамрин сможет лететь быстрее!
Даал выругал себя за то, что сразу не осознал этого. Усталость – как его собственная, так и Пиллара – притупила его мысли. Он быстро отбросил ремень, вытащил ногу из стремени и подогнул ее под себя.
Никс смотрела на него снизу вверх. Хотя глаза у нее были скрыты защитными очками, Даал все равно видел горящий в них огонь. Вокруг нее уже сияла золотистая аура. Она разожгла свой обуздывающий напев в неистово полыхающий костер, пламя которого было слишком сильным, чтобы ее тело могло сдержать его.
Пока он балансировал в седле, ее дар все настойчивей взывал к источнику у него внутри – который сразу же всколыхнулся где-то у него глубоко в груди, заставляя сердце биться чаще, напрягая ребра. Кожа у него раскраснелась, словно уже согретая яростным пламенем внизу.
Что-то в нем пыталось побудить его отпрыгнуть куда-нибудь подальше от этого костра, но Даал знал, что не сможет. Тот настойчиво взывал к нему – и ему не оставалось ничего другого, кроме как ответить.
Боком соскользнув с седла, он пролетел по воздуху и упал прямо в это пламя.