Два сапога – не пара: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Однако Василёк проверил его сеансы связи и обнаружил два сообщения некоему князю Иоакиму Кофи Аль-Шарифу о том, что «котики отправились на выставку», а через сутки «вернулись и привезли с собой медали». Смысл был предельно прозрачен для собравшейся компании, но, увы, легко оспорим в суде. Несмотря на то, что этот князь и был тем самым экзотическим личным шофёром Карузе, о котором рассказывал Шац, как выяснил Кох до закрытия дела.

Шиды знают, каким образом потомок одного из знатных египетских родов попал на такую работу. Разве что должность была номинальной, а спектр услуг сильно смещён за грань закона — имелись неподтверждённые подозрения, что воспитывался третий сын в тайном ордене ассасинов.

Однако Максима в этот момент больше волновало другое. Как же так? Старый друг, надёжный товарищ всё-таки предал⁈ Маг сглотнул горечь и напомнил собравшимся, что того могли тупо зачаровать так же, как Коха. Неясно только, где и когда. Но позавчерашнее предупреждение о гемадиле явно запоздало.

К сожалению, имевшихся улик было недостаточно для выдвижения главных обвинений — против Краузе, и даже Шершню не хватало, чтобы наверняка схлопотать срок за пособничество Грамблу в похищении — единственном пока «железном» деле. Посему Сапсан предложил ловить обеих рыб на живца.

Посовещавшись, выработали план, в который каждый внёс свою лепту. Так Кох решил, что пока не станет афишировать свой выход из-под контроля Краузе, то есть официально открывать дело снова. А ректор предложит Шершню работу в обычной охране здания после того, как снимет с дежурства у портала.

Но сначала Максу с Альбиной предстояло совершить ещё одно путешествие в мир шидов. Что означало — на экзамен она завтра не попадёт. Игнатий Эрикович сделал на этот счёт соответствующие распоряжения. Всё равно ожидалось, что минимум треть студентов не сдаст теорию порталов с первого раза, так что какой-то отдельной нагрузки преподавателю это не добавляло — и так будет групповая пересдача.

После этого Учителя с Ученицей засадили за работу над осколками гемадила, уже извлечёнными из сейфа, чтобы как можно скорее «протрезвить» охмурённых министров и защитить остальных. Сапсану и Васильку Кох тоже распорядился запечатлеть талисманы, причём в первую очередь.

Макс тут же переслал ему составленный вчера анализ старого дела, а ректор начал пытать, каково было под действием инфочар — в научных целях.

Замминистра поведал, что тем утром вскоре после планёрки к нему зашёл Краузе с задушевной беседой и вполне убедил его в своих благородных намерениях. Ощущалось всё естественно и логично, но немного легковесно, словно все решения, которые Кох принимал, были несущественны. Разве что где-то на краю сознания постоянно зудело, будто он забыл нечто важное.

И вот сегодня, проснувшись, вспомнил! После чего вся картина снова встала на место и цепочка событий восстановилась. Особенно когда быстрая проверка показала среди предков министра магических дел начальника первой экспедиции, что объясняло значительные запасы гемадила в семействе и их умение с ним обращаться.

Единственное, чего Кох не мог понять — как ему удалось вырваться из-под контроля, раз проклятая ручка, быстро идентифицированная им, как источник проблемы, была на месте. Пока Марианна, обрадованная тем, что шеф пришёл в себя, не объяснила, что Макс проделал над коварным подарком какие-то манипуляции. Потом Сапсан доложил про вчерашние приключения. После чего, сложив два и два, замминистра сразу помчался к ректору давать объяснения и требовать новостей.

— Ну, всё хорошо, что хорошо кончается, Орефьич, — прокомментировал Игнатий Эрикович.

Василёк тем временем снова подменил органайзер Альбины на спец-браслет, благо так и не обнулил клонированное ранее устройство после отмены операции. Такой же обещали заготовить для Гедеона. Как и охрану для обоих на те сутки, которые предполагались между закидыванием «крючка» и поимкой Краузе. После чего техник ушёл заниматься технической подготовкой операции.

Максу быстро надоело программировать камушки по одному, и он рискнул оптом запечатлеть желание всем их владельцам всегда сохранять собственный рассудок. Судя по диагностике Альбины, сработало, и Кох, загрузив драгоценные талисманы в кейс, который пристегнул к руке, как в каких-нибудь шпионских боевиках, тоже отбыл восвояси под охраной Сапсана.

Ректор же вызвал магистра Кочинского, чтобы поручить тому выведать у Шершня между делом, нет ли у того похожего камушка. На худой конец проверить на признаки зомбирования — это старый чёрт тоже умел и знал соответствующие технологии. А Кох, одобривший такой шаг перед уходом, подтвердил, что общие симптомы имелись.

По подсчётам замминистра, нужно было, пользуясь случаем, набрать в мире фэйри ещё столько же гемадила для защиты ключевых фигур. Но, поразмыслив над планом, пока наводил порядок дома, Максим понял, что это слишком рискованно.

Ведь если Шершень утром сообщит об уходе Учителя с Ученицей в портал, у Краузе будет целый день, чтобы инструктировать подчинённого напасть на них сразу же по возвращении и отобрать камни. Это было бы немногим лучше сразу отвергнутого плана приманить главного злодея на новую доставку — он просто точно так же пошлёт кого-то ещё из подручных, а сам снова выйдет сухим из воды.

И тут простое предательство Шершня оказалось бы ещё лучше «зомбирования» гемадилом, поскольку тогда совесть вряд ли заставит его хоть на миг заколебаться при виде старого друга. Ведь «сторожа» с Макса решили не снимать, как и в прошлый поход. На случай, если Краузе всё-таки отслеживает его перемещения через департамент юстиции. Альбина же, скорее всего, против опытного потомственного мага даже «Вспышку» применить не успеет. И пальто Коховой супруги, одолжи они его снова, вряд ли спасёт положение. Да и не следует щеголять такой приметной вещицей, чтобы не всполошить злодея раньше времени.

Замминистра со скрипом согласился, что, если дельце выгорит, то немедленную актуальность талисманы потеряют в любом случае. А потом уже, по результатам разбирательств, вероятно, имеет смысл как-то официально оформить эти защитные средства для высокопоставленных лиц, да и более точный подсчёт произвести разносторонней комиссией. Если фэйри вообще расщедрятся на добавку. Но эту задачу лучше решать специально обученным людям после тщательного изучения того, почему из Шаца вышел лучший контактёр, чем из психолога первой экспедиции.

Поэтому план слегка переиграли в плане подложного основания для очередного визита в портал: якобы Шаца ищет отец. Матери парень лишился ещё в юности. А вот почему папаша действительно не хватился сына за всё это время — вопрос уже не очень относящийся к расследованию, но Макс дал себе обещание его прояснить, когда уляжется пыль, раз уж парень должен стать его подопечным.

— Небось и сувениров попросили ещё принести? — ухмыльнулся Шершень, когда Учитель с Ученицей заявились к порталу ночью.

Чем практически выдал себя, но Макс решил не заострять внимание на том, чего Алексей, по идее, не должен был знать. А, как ни в чём не бывало, отмахнулся, продолжая гнуть изложенную в первый раз версию:

— Да нет, на исследования пока хватит, сказал ректор. А если уж потом официальные лица решат, что им нужны регулярные поставки, то пусть сами и договариваются. Нам же лучше не жадничать, чтобы не испортить отношения с фэйри.

— С кем-кем? — удивился Шершень.

Спохватившись, что ни главный злодей, ни его подручные не в курсе происшедшего в параллельном мире, Макс поспешил исправить оплошность, таким образом, подготовив плацдарм для будущей дезинформации:

— А разве я тебе не говорил? Там аборигены всё контролируют. И Шаца привечают. Это они нам отсыпали сувениров в прошлый раз.

— А-а-а… — протянул бывший товарищ и сделал вид, что ему это не интересно.

Ожидая, когда разъедутся магниты, Максим с прискорбием думал, что не заметно на Лёхе никаких признаков гемадильного «внушения», как и доложил профессор Кочинский. А ведь Макс знает друга намного лучше, чем того же Коха, за которым сразу заметил некую отвлечённость. Учитель так погрузился в переживания, что Ученице пришлось потянуть его за пояс в портал, когда момент наконец-то настал. Ну хотя бы она перестала смущаться контакта, а значит, отбросила задние мысли.

На этот раз их никто не встречал. Макс думал, что помнит дорогу до поселения, но оказалось, что нет — местность, освещённая здешним жемчужным полусветом, казалась совершенно незнакомой. Тогда он предложил Альбине мысленно позвать Эао-как-его-там или его бабушку и подождать на месте. Сам тоже попробовал просто подумать о них. Звать, не помня имени, как-то неловко.

Расчёт оправдался — вскоре в их сторону «тессерактировал» и сам Эаолай (имя напомнила Альбина), и Гедеон подтянулся обычным бегом, отстав на пару минут.