— Удирал, да догоняют… — вздохнул Иська. Вздохнул и Роман.
Иська сидел молча, только изредка всхлипывал. Вдруг Роман поднял голову.
— Знаешь что? Будем дружить! Играть вместе, только не на дворе. Вот тебя и не станут бить. Я все время с тобой буду. Хочешь?
Иська недоверчиво покачал головой.
— Не веришь? Ей-богу, буду играть, — разгорячился Роман и, плюнув, добавил: — А ребята — черт с ними, без них обойдемся.
— Ладно, — сказал Иська. — А я тебе за это пружинок принесу, у папки много…
Утром Роман почувствовал, что ему особенно хорошо и весело.
Ему захотелось поскорее увидеть Иську и бежать с ним на пустырь играть. Выскочив на двор, Роман остановился. Около кузницы увидел толпу ребят, Шкалика, кузнеца Гультяева и старшего дворника. Окружив кого-то, они отчаянно ругались.
— Иди скорее! Вора поймали! — крикнул Женька.
Роман подошел к толпе, пробрался в середину и остановился в изумлении.
В центре стоял пьяный подмастерье Шкалик, а в руках у него корчился плачущий Иська.
— Воровать! Инструмент воровать! — хрипел Шкалик, вывертывая Иське ухо. — Говори, куда дел клещи?
— Поддай ему! — кричали со всех сторон. Увидев Романа, Иська вскинул голову и шагнул к нему.
Но Роман неожиданно для себя испуганно попятился в толпу. Иська понял.
— Не брал! — крикнул он, глядя на Романа. Роману крикнул Иська, а толпа подумала, что он оправдывается.
— Врешь! — загалдели кругом. — Все видели. Весь вечер на колесе сидел, и клещи лежали.
— Вор! Вор! — кричал громче всех Васька. Наконец совещавшиеся в стороне дворник и хозяин кузницы подошли к толпе. Дворник взял Иську за руку и молча повел по двору. Сзади шли бабы, мастеровые, ребятишки.
— Веди к отцу. Небось заплатит! — кричали бабы.
А мальчишки распевали:
— Вор-ворище украл топорище!
Иськин отец, издали увидев процессию, уже спешил навстречу.
Толпа окружила его. Все размахивали руками, кричали:
— Клещи из кузницы!
— Спер!
— Украл!
— Клещи украл!
— Нет! — крикнул Иська и поперхнулся, получив от дворника подзатыльник.
Дворник, откашлявшись, обратился к отцу:
— Платите за клещи, а не то я в участок отправлю. Мы этого не потерпим. Если еще раз случится, доложу управляющему.
Иськин отец не ругался, не спорил. Среди общей тишины он вынул деньги. Три потрепанных рубля перешли в черные от угля и масла руки кузнеца Гультяева.