— Вам что? — спросил Роман, вскакивая и сжимая кулаки.
— А вот что! — сказал Серега — Почему от товарищей бегаете?
— Мы учимся.
— А зачем?
— А так.
— Врет! Не верь, Серега! — закричали ребя та. — Так не учатся зря.
Круг сдвинулся теснее.
— Ты не треплись, — сказал Серега. Лучше скажи правду, а то поколотим. Ребята были рассержены не на шутку, и Роман рассказал.
Если бы десятница вздумала за каждую заученную букву давать по плитке шоколада, то и тогда вряд ли добилась бы такого успеха, какой произвело Романово сообщение.
Все мальчишки вдруг засели за буквари. Учились не просто прилежно, а с натугой, с надрывом, до обалдения, как на гонках. Даже старательные девчонки отставали, не выдерживая соревнования. Быстро одолев склады, ребята один за другим переходили на беглое чтение. И впереди всех, как вожак, шел Роман.
Наконец настал долгожданный день. Было воскресенье. Роман утром принес газету. Александр любил за чаем читать «Петербургский листок».
— Долго бегаешь, — сказал он, протягивая руку за газетой.
Роман газету не отдал. Отскочив в сторону, он сказал улыбаясь:
— Я сам прочту.
— Учись хорошо, через год научишься читать по складам, — усмехнулся брат.
Роман промолчал, развернул большой, неудобный лист газеты и оглядел всех заблестевшими глазами. Потом посмотрел на страницу, увидел маленькую заметку с черным, жирным заголовком и, наслаждаясь общим изумлением, звонко, без запинки стал читать вслух. В груди все плясало от восторга. Роман читал, с трудом удерживая дрожь в голосе и не понимая смысла прочитанного:
— Карбюро Спа, — волнуясь, закончил Роман и оглядел родных.
Торжество было полное. Мать обнимала его, бабушка ахала, даже Александр, потрепав по плечу, похвалил:
— Молодец. В кинематограф сведу.
Все тормошили его, ласкали, забыв о газете, как вдруг дед негромко сказал:
— Убили. Ах, мошенники! За что же это его? Тогда Александр торопливо выхватил газету и стал читать. Колька вскочил из-за стола.
— Война будет! — крикнул он возбужденно. Мать заохала, запричитала бабушка. О Романе все позабыли, а он, выждав момент, подошел к Кольке.
— Ну как?
— Чего? — удивился Колька. — Молодец, читать умеешь.
— А это?
Роман выразительно скосил глаза на Колькин сундучок.
У Кольки и рот открылся от изумления.
— Эге, — сказал он. — Так уж не из-за этого ли ты учился?
Роман мотнул головой.
— Ну ладно, — сказал Колька. — Валяй.