Ребята вышли на улицу. Роману было нехорошо и как-то стыдно перед Иськой. Нарочно он отстал от ребят и пошел один. На углу к нему навстречу кинулся улыбающийся Иська.
— Наконец-то! А я думал, что прозевал вас.Ну, как? — спросил он несмело.
Роман стоял, обливаясь потом. Иська догадался. Лицо его сморщилось. Махнув рукой, он тихо сказал:
— Я так и знал. Нельзя.
Он повернулся и, опустив голову, пошел по набережной. Роман брел один и чуть не плакал. Вдруг кто-то тронул его за руку. Роман оглянулся. Рядом шла Ленка дворникова.
— Ты почему один?
— А ты почему одна?
— Тебя дожидала.
— Зачем?
— Так… мне тоже Рыжего жалко.
Роман вдруг рассердился.
— Ну и жалей! — крикнул он. — А чего ко мне-то пристаешь? — И побежал догонять ребят.
ПРОПАВШИЕ КЛЕЩИ
Роман совсем было забыл про Иську, если б случай снова не столкнул их.
Ребята возвращались с беседы из церкви. Было уже темно. Роман, тихо насвистывая, брел к себе на задворки. Только завернул за угол дома, смотрит — сидит кто-то на колесе, где кузнецы перетягивают шины. Роман вгляделся. Знакомые острые плечи. Иськины плечи. Всхлипыванья слышны. Плачет.
Плачущего Иську Роман видел часто. Отлупит кто-нибудь, и идет, заливается Рыжий по двору, а вокруг народ смеется. Теперь же было иначе. Во дворе пусто, значит, никто не бил Иську, а он все-таки плакал. В сердце Романа шевельнулась жалость, захотелось подойти, поговорить с ним. Он осторожно позвал:
— Иська!
Тот даже не расслышал. Тогда Роман тронул его за плечо. Иська испуганно вскочил.
— Ты не бойся, — успокоил Роман, пряча руки за спину и показывая, что он не намерен драться.
Иська невнятно хрюкнул.
— Ты чего плачешь?
— Так.
— Так не плачут. — Нет, плачут, — сказал Иська хмуро.
— Бьют, верно, много?
— И бьют, — Иська всхлипнул и вдруг решительно сказал: — Я вот пойду утоплюсь. Пусть тогда бьют кого-нибудь другого.
— А зачем топиться? — спросил Роман. Но Иська, не слушая, продолжал:
— Брошусь в Фонтанку, пусть знают.
— Подожди, — сказал Роман. — Может, перестанут бить. Меня вон тоже мать лупит.
— Тебя одна мать, — горестно сказал Иська, — а меня весь двор. И дворники, и Шкалик, и Васька…
— А ты не давайся. С Васькой сам стыкнись, а от больших удирай.