(не) Родная дочурка для мэра: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я также прихожу в замешательство и виню себя за его решение. Отчасти.

— Это не шутки, отец. Такова реальность, а в моей реальности семья превыше всего, — с твердостью отвечает Богдан. — Так вот, еще с утра я и подумать не мог, что нас с Наташенькой связывает намного больше, чем я мог себе пожелать, — Богдан прочищает горло от сухости и, вновь устремив на меня проникновенный взгляд, продолжает: — Некоторым из вас в это сложно будет поверить, но буквально несколько часов назад я узнал, что стал отцом, — заявляет он, не сводя меня глаз.

И все в доме мгновенно смолкают, включая Лариона Богдановича. Тишина. Даже настенные часы будто бы перестают тикать, а внутри меня напротив — каждая клеточка теперь трепещет, ведь я понимаю, что эти слова обращены в первую очередь ко мне.

— Не передать словами, как я счастлив и горд называться отцом такой чудесной девочки, но знаете, мне чертовски мало просто им называться. Я хочу быть им. Хочу быть отцом! И не просто отцом, но и мужем!

И вдруг Богдан отодвигает в сторонку стул и становится на одно колено. Прямо передо мной, из-за чего я напрочь лишаюсь дыхания.

— Ната, — произносит он с нежностью, подхватывая мою дрожащую руку, которую он тут же принимается согревать в своей горячей ладони. — Понимаю, с моей стороны несколько преждевременно просить тебя выйти за меня замуж, учитывая обстоятельства с твоим браком. Но глупо тормозить то, что так или иначе просится выйти наружу, ведь мои чувства к тебе живут во мне с самых первых дней нашей встречи. И они растут! Растут с каждым днем всё больше и больше! И я уже просто не знаю, как их удерживать в себе, — прижимает он мою ладонь к своей груди, за которой так лихо бьется сердце, в унисон с моим. — Да и не хочу я их сдерживать. На то они и чувства, чтобы делиться ими с теми, кто этого заслуживает, и чтобы дарить их тем, кого по-настоящему любишь!

— По-настоящему… Ох, Богдан… — захлебываюсь я счастьем и восторгом от услышанного, понимая Богдана, ведь во мне тоже фонтанируют эмоции, которые в любую секунду могут разорвать меня, если я сейчас же не найду для них выход.

— Знаешь, сегодня такой особенный день, и я бы очень хотел, чтобы он стал особенным для нас троих, — подмигивает он Катюше, а затем возвращает влюбленный взгляд на меня. — Наташ, ты станешь моей настоящей женой?

Я совсем забываю, что мы находимся за столом, за которым сидят еще как минимум пятеро наблюдателей. Чувства уносят меня куда-то высоко-высоко. Я словно парю над землей, и в этот момент я вижу только Богдана, и то, как он смотрит на меня выжидающе, с толикой нерва и надеждой в глазах.

— Да, — отвечаю я, не раздумывая, глядя на него безмерно влюбленными глазами.

За меня говорят чувства, которым я могу доверять, ведь теперь я точно знаю, что они взаимные. Богдан не стал бы бросаться такими словами перед своими родными и моей бабушкой. Не такой он человек. А значит, в его искренности нет нужды сомневаться.

— То есть ты согласна? — уточняет Богдан с широченной улыбкой, словно не веря своему счастью.

— Да…. Я согласна… Согласна выйти за тебя, — повторяю, и под бурные одобрения и ликования всех родственников Богдан с пылом вжимается в мои губы, заставляя меня тесно прильнуть к нему.

— Горько! Горько! — кричит Ларион Богданович на пару с моей бабушкой.

— Ой, ну какие же они славные и так подходят друг другу. Молодец, сынок, выхватил лакомый кусочек, — размышляет со слезами на глазах Марина Юрьевна.

— А то, — вставляет словцо Мирон, хлопая Богдана по плечу. — Мой брательник своего никогда не упустит.

— Мирон, ты бы брал пример со своего брата! — наставляет его Ларион Богданович, пихая локтем в бок. — Когда уже жениться надумаешь?

— Да как только, так сразу, — бодро отвечает Мирон, а потом он вдруг задумывается. — Но… вы только крест на мне не ставьте раньше времени. Я же дал обещание, а Никольские свои обещания всегда выполняют.

Богдан одобрительно кивает своему брату, тот озорно подмигивает ему в ответ.

— Вот это уже другое дело! — отрадно заключает Ларион Богданович, бахнув рюмашку за счастье сыновей.

— А это правда, что у тебя есть дочь? — спрашивает Катюша у Богдана, протиснувшись между нами, и теперь мы обнимаем ее с обеих сторон.

— Чистейшая, — с гордостью отвечает он ей.

— А она будет жить с нами? Мне надо будет называть ее сестренкой? — следуют резонные вопросы, на которые мне тоже хотелось бы узнать ответы.

Посмотрев на меня интригующе, он наклоняется к ушку Катюши.

— А называй меня папой, м? — просит он ее, но не настолько тихо, потому что все присутствующие за столом также услышали его. Включая меня.

И, надо сказать, что меня так сильно еще никогда не колошматило. Я еще толком не оправилась от одного потрясения, вызванного нашей скоропалительной помолвкой, как следом приходится переживать еще одно…

Нервно зажевав губу, я переживаю за Катину реакцию. Как бы она не закатила тут истерику.

«Как же так? У меня же есть уже папочка, и пусть, что он нас предал, но он навсегда останется моим единственным папой…» — так она вполне могла бы ответить. Однако этого не происходит.

— Папой? А так можно? — округляет она в приятном удивлении глаза, и мы с Богданом одновременно выдыхаем с облегчением.

— Ну, конечно же, можно. Я просто мечтаю, чтобы ты называла меня папой. Но только, если ты сама этого захочешь, я не настаиваю.