Иван Марковский:
Повлияло на становлении моей мысли и меня, как человека. Желание писать разбужено — мыслью и окружающей меня жизнью…
Кристина Владимировна Еремеева, Санкт-Петербурге, библиотекарь в Библиотечном центре «Охта»:
Даже не вопрос, а скорее приглашение: я прочитала о влиянии Ф. М. Достоевского в Вашем творчестве. Не удалось ли Вам побывать в другом городе Достоевского — Старой Руссе? Не посещали ли Вы не столь давно открывшийся там музей Братьев Карамазовых? Если нет, то крайне советую! Спасибо.
Иван Марковский:
Нет, не посещал и про музей не знал. Хотя про Струю Руссу слышал, рядом с теми местами бывать приходилось. Совет ваш, Кристина, буду иметь в виду. Спасибо за приглашение.
Юлия Макисмовна Жевлакова
Какой из ваших рассказов находит наибольший отклик в вашей душе, и отражает вас?
Иван Марковский:
Они все в разные периоды моей жизни меня отражали. Но записанные рассказы уже не меняются, а человек меняется ежесекундно… И отражает меня сейчас то, что я вам пишу. Но наибольший отклик в моей душе, остаётся всё же за «Полустанком»: уж больно рассказ этот многострадальный. Больше даже, чем сам автор.
Наталья Александровна Зырянова, г. Каменск-Уральский Свердловской области, Центральная городская библиотека им. А. С. Пушкина, ведущий методист:
Был ли у вас момент «второго рождения»? Если да, то, что открылось, благодаря ему?
Иван Марковский:
О-о! Ох!.. И затронули вы тему. Было — когда я сжег всё свое уже многолетнее «творчество», «художество» за городом у болота. И к утру шёл оттуда, как голый из бани: ни одной тряпки!.. Я и Вселенная!.. Что тогда мне открылось, очень многое — Бог!..
Валентина Геннадьевна Ингольд, г. Новокузнецк, Кемеровской области, Литературно-мемориальный музей Ф.М. Достоевского, старший научный сотрудник:
Хотелось бы задать вопрос об уединении: Иван Григорьевич, решение поселиться на турбазе помогло Вам как писателю? Должен ли современный писатель быть в гуще событий социальной и политической жизни или должен отдалиться от цивилизации?
Иван Марковский:
«Служенье Муз не терпит суеты». Отдаляться от цивилизации надо, как и приближаться иногда тоже. Но не смешиваться, дабы не утонуть в «злобе дня», как в канализации этой цивилизации. Когда писатель сильно в «гуще», он уже не столько писатель, «властитель» думы своей, скорее политик. А в эту область меня совершенно не тянет.
Помогло ли моё одинокое поселение на глухой базе «рыбаков и охотников» мне как писателю?.. Как писателю — не знаю. Может, если бы я был «в гуще», то настрочил бы больше. Но качеству моей мысли мое добровольное отселение от Города, от людей, бесспорно, помогло и помогает.
«Сего ради бегай собраний миромудрённых, молчание же удобнее соединяющееся Богу, возлюби всегда».
Максим Грек, «афонец», автор гимна Параклиту (параклету) — Духу истины, гимн свой писал углём на стене кельи; житель времени Ивана Грозного и, по сути, его пленник. Годы провёл в заточении одиночной кельи. Митрополит Макарий сказал ему: «Целуем руки твои, яко от святых, но отпустить не можем». Такова жизнь между Правдой и Властью. Власть Правды боится; Правда — нет, иначе она уже не Правда, а страх…
Волхвы не боятся могучих владык
И княжеский дар им не нужен;
Правдив и свободен их вещий язык
И с волей небесною дружен…
Анастасия Сергеевна Ковалевская, г. Иркутск, преподаватель:
Творчество какого писателя XX века, по Вашему мнению, сегодня звучит актуально и современно?
Иван Марковский:
Творчество Николая Лескова, правда, он писатель второй половины 19 века. Но с нашим новым «воцерковлением Руси» он очень актуален. Советую в него погружаться всем — и мирянам, и церковно-монастырским.
Ирина Викторовна Мухамадеева, Омская область, г. Тара, Омский государственный Северный драматический театр имени М. А. Ульянова, руководитель литературно-драматургической части: