Удо подкидывал ему теннисный мяч, а Гектор его ловил и приносил обратно. В этот раз пес мяч не поймал, а отбил. Игрушка отлетела под ноги двум девушкам, и пес рванул за ним. Брюнетка не удержалась на ногах и, охнув, осела на пол. Теперь уже Удо кинулся на помощь девушке. Бормоча извинения, он помог ей подняться и усадил в кресло. Девушка от боли кусала губы, но держалась, не плакала, демонстрируя твердость характера. Тут же подошел и Макс.
– Что вы стоите как неживые? – возмутилась пострадавшая. – Вы что, не знакомы с протоколом тактической медицины?
От такого вопроса Батый онемел: «Откуда молодая девушка может знать о тактической медицине, и акцент у нее какой-то странный. Да и Макс как будто не замечает этих странностей».
– Вы знаете первые признаки определения переломов? – продолжала командовать брюнетка.
– Боль, нарушение функции конечностей, гематома, отек мягких тканей, изменение формы конечностей, – на автомате перечислил Батый.
– Ну так проверяй. – Она буквально всунула свою лодыжку ему в руки.
Сидя перед ней на корточках, Удо стал осторожно пальпировать больное место. Девушка невольно дернулась от боли, короткая юбка задралась, и у него перед глазами мелькнули белые трусики. Молодой человек вспотел и внезапно охрипшим голосом поставил первичный диагноз:
– Перелома нет. Сильный ушиб с растяжением. Нужна повязка и желательно постельный режим.
– Согласна, – заявила девушка, одергивая юбку.
– На что согласна, Ева, на постельный режим? – забалагурил обрадованный, что все обошлось, Максимилиан.
– Не пошли, Макс. Тебе не идет, – беззлобно осадила его пострадавшая.
Но Макса было не остановить:
– Кстати, насчет постели. Вы не знакомы? Удо, ты подстрелил Еву. Ева, это мой лучший друг Удо Шефер, – хозяин театра представил молодых людей друг другу. – А вот и виновник инцидента.
Гектор сначала спрятался под креслами, но, почуяв, что наказание прошло стороной, виновато помахивая хвостом, прижался к хозяину.
– Я на машине, скажите, куда вас отвезти, – предложил свои услуги Батый.
Девушка согласилась. Она попыталась встать, но это далось ей с трудом. Юрий, не спрашивая, подхватил ее на руки и понес к выходу. Возражений со стороны пострадавшей не последовало.
По дороге они разговорились.
– Откуда ты знаешь протокол тактической медицины? – задал он мучивший его вопрос.
– Так я два года служила медиком в армии. Кстати, даже имею цалаш за храбрость, – похвалилась Ева.
– В какой армии? Какой цалаш? – От удивления Батый чуть не врезался в идущую впереди машину.
– В израильской армии нет пока ни медалей, ни орденов, есть только цалаш. Цалаш – это как почетная грамота, благодарность в приказе. Я еврейка, два года служила в армии медиком. Демобилизовалась, поступила в университет. Здесь учусь по студенческому обмену.
«Север как в воду глядел. Если ситуация сама так складывается, то я не против».
Как-то само собой у них сложился язвительно-шутливый тон общения. Оказалось, что Ева живет недалеко. Она снимает комнату вместе с подругой. Батый хотел снова отнести ее на руках домой, но она воспротивилась. Дверь открыла рыжеволосая толстушка.
– Соня, представляешь, немцы опять стали нападать на евреев, – с ходу заявила потерпевшая.
– И кто кого таки взял теперь в плен? – Немецкий у Сони был не на высоте, но понять было можно.
– Знакомься, это Удо. Он натравил на меня страшного пса.
– Это Гектор-то страшный пес? – засмеялась подружка. – Да он быстрее залижет насмерть, чем закусает. Хромай в комнату, будем посмотреть, что там с тобой.
Она решительно взяла хрупкую Еву под мышки и практически унесла в комнату на диван.
– Удо, что ты встал, как памятник Бисмарку, проходи, будем пить чай.
По тому, как она умело обработала ногу, Батый понял, что Соня тоже хорошо знакома с оказанием первой медицинской помощи. «Наверняка у нее тоже есть цалаш» – пришла на ум довольно глупая мысль.