– Скорее всего, конкретных подозрений у них нет. Они настроены по-боевому, а меня записали в перестраховщики. Я, к примеру, отговаривал их от убийства судьи, это им не понравилось. В результате, как вы знаете из газет, две милые девчушки с большим букетом в руках позвонили в дверь – когда судья открыл, одна протянула ему букет, а вторая из-за спины подруги достала автоматический пистолет и дала очередь.
– Значит, надо думать, как укреплять авторитет, – только и мог констатировать резидент.
– Это понятно. Думаю, как это сделать. Что касается связей с Ближним Востоком… Как вы знаете, я представляю здесь ФАТХ, обучение мы проходили в его лагере. ФАТХ – это Арафат, а сейчас в Германии наиболее активны представители Народного фронта освобождения Палестины – НФОП, – а это уже Хабаш.
– Большая разница между ними?
– Не очень. Они дружили, вместе создавали Организацию освобождения Палестины. Вместе подмяли под себя ее руководство и финансовые потоки, но Арафат оказался хитрее и, пока Хабаш был в Китае, смог захватить общее руководство ООП. Члены Народного фронта более привержены террористическим действиям. Они считают, что благодаря громким акциям их быстрее заметят. Практически все последние взрывы, захваты самолетов и заложников – дело рук Народного фронта. Туда даже ушла легендарная Лейла Халеф.
– Это та, с которой ты захватывал самолет из Рима?
– Да, она. Люди Хабаша очень активны в студенческой среде. В Европе, в ФРГ в частности, и мои «красноармейцы» теперь склоняются к ним, а не к ФАТХ.
– Получается, и здесь мы теряем позиции.
– Моих бойцов они уже пригласили в свой тренировочный лагерь в Иордании.
– Столько усилий потрачено, – сокрушался резидент.
– Я, конечно, могу навести мосты с НФОП, но тогда мы теряем ФАТХ, – рассуждал Батый.
– Нет, этого делать нельзя. Нам нужен свой человек и в Народном фронте, и в ФАТХ здесь, в Германии. А тебе, если разница между ними не такая фатальная, надо попытаться сблизиться и с теми, и с другими. Поговори аккуратно с Азизом, резидентом Арафата. Он скользкий тип, наверняка знает и тех и других. Итак, Батый, давай определимся по приоритетным целям. Твоя первая задача – восстановить руководство у «красноармейцев» второй волны. Вторая – изыскать возможность получения сведений о деятельности людей доктора Хабаша. Действуй.
Через десять дней Карлос вернулся из разведывательной поездки. Она прошла успешно. Израильтян не заинтересовал молодой латиноамериканец, разыскивающий свою возлюбленную. Он часто показывал ее фотографию в разных местах, особо чувствительные граждане даже помогали ему наводить справки о девушке. Она действительно была в стране, но вскоре уехала куда-то дальше.
За это время Ильич проехал все приграничье. Хаддад остался доволен его отчетом. Карлоса не стали возвращать в лагерь, а сразу перенаправили на курсы, где готовили настоящих диверсантов. Перед приездом он принял ислам.
В целях конспирации курсанты этой особой группы регулярно переезжали с одного места на другое и постоянно тренировались. Стрельба из всех видов оружия, сидя, лежа, с двух рук, в темноте, на звук. Изготовление и закладка взрывных устройств всевозможных конструкций. Захват и освобождение заложников. Ликвидация особо охраняемого лица. Налет на банк, офис, апартаменты. Здесь не было занятий по политграмоте, сюда попадали только убежденные сторонника доктора Хабаша.
Но не судьба была Шакалу закончить обучение и здесь. В один из дней на лагерь ФАТХ, находящийся буквально рядом, совершила налет израильская авиация. Несколько человек погибли. А потом началась война, которую назвали «Черный сентябрь».
Королю Иордании Абдалле давно не нравилось, что палестинцы ведут себя в его стране не как благодарные гости, которых приютили, потому что их выгнали со своих земель, а как хозяева. По всей стране без согласования размещались базы для подготовки боевиков. Палестинцы устанавливали свои военные комендатуры, по городам ходили их вооруженные патрули и наводили свои порядки. Последней каплей стали захваты четырех лайнеров и посадка их на территории страны. Палестинцы усиленно тянули войну в Иорданию.
Король вел тайные переговоры о нейтралитете с Израилем и США. Ему пообещали не трогать его земли, но поставили условие.
В сентябре правительственные войска Иордании начали войну против палестинцев. За палестинцев вступилась Сирия, но хорошо обученные войска короля Абдаллы сломили сопротивление в течение короткого времени.
Ильич попал в самую гущу боев. Он показал себя на удивление храбрым, хладнокровным воином, твердо стоящим в обороне и бесстрашно идущим в атаку командиром небольшого подразделения. О нем не забыли, и еще до окончания боев Хаддад отозвал его из зоны военных действий.
Теперь перед начальником предстал закаленный в огне войны солдат, видевший смерть и не боящийся крови.
– Для чего ты отозвал меня, учитель? Наша борьба не окончена. – Молодой человек с благодарностью принял из рук араба чашку с чаем. Они сидели вдвоем за довольно скромным дастарханом. Это подчеркивало, что люди здесь собрались для важной беседы, а не для пустого времяпрепровождения.
– Ты мне нужен здесь. Мы проиграли это сражение. От тебя там уже ничего не зависит, ты мне нужен в другом месте. У тебя будет особая миссия, Карлос. Ты отправишься в Лондон, у тебя есть там к кому поехать. Твоя мать и брат, насколько я помню, живут сейчас там?
– Да, уважаемый Вади. Я тоже жил некоторое время там, даже учился на курсах.
– Именно это нам и надо. Англия – крупнейший поставщик денег сионистам после Америки. Мы должны перекрыть этот источник. Ты должен будешь на месте собрать сведения о самых богатых гражданах Великобритании. Разберешься там на месте, кто из них помогает евреям, а кто готов помогать нам. С лояльными мы будем разговаривать, а противников… – Хаддад сделал паузу, приложившись к ароматному напитку, чтобы собеседник прочувствовал серьезность намерений, – противников будем вразумлять другими способами.
Мудрый вербовщик знал, что, несмотря на многочисленные проверки, отправляя агента на задание, всегда надо ставить не только задачи, но и укреплять мотивацию.
– Для борьбы нам нужны деньги, постоянно и много. Я не допущу чтобы ты, работая на Народный фронт, жил в нищете и выглядел как оборванец. Ты будешь лицом нашей организации – значит, солидные люди должны будут видеть образованного человека с хорошими манерами и положением. Ты же любишь дорогую одежду, хорошую еду, элитные напитки? Не забыл запах твоих любимых сигар? – Араб негромко рассмеялся, видя, как оживились глаза собеседника.
– Еще не забыл, уважаемый Вади. Но Коран запрещает… – начал он, но старший собеседник резко перебил:
– …Я освобождаю тебя от ограничений. Я лично буду просить за тебя Аллаха, потому что это нужно для укрепления нашего и, соответственно, его влияния. Часть собранных средств ты сможешь потратить на оперативные нужды. Кстати, у нынешних арабских шейхов, не знающих, куда им девать деньги, появилась привычка гораздо больше времени проводить в Лондоне, чем у себя на родине. У них не должно быть ложного чувства безопасности, находясь на этом острове. Не забудь об этом.
– Я буду действовать один? – Это был очень важный для Карлоса вопрос.