Лаврентий Берия. История, написанная кровью: читать начало книги онлайн

Видимо, Берия поначалу чувствовал себя в Тифлисе не слишком уютно и обратился с просьбой к начальству:

«За время своей партийной и советской работы, особенно в органах ЧК, я сильно отстал как в смысле общего развития, так равно не закончив свое специальное образование. Имея к этой отрасли знаний призвание, потратив много времени и сил, просил бы ЦК предоставить мне возможность продолжения этого образования для быстрейшего его завершения. Законченное специальное образование даст мне возможность отдать свой опыт и знания в этой области советскому строительству, а партии — использовать меня так, как она найдёт нужным».

Его просьба не встретила понимания. По сравнению с другими ответственными работниками он считался вполне образованным. А ведомственные курсы переподготовки оперативного состава и руководящих кадров в системе госбезопасности еще не создали.

Высокое начальство именно Берии поручало деликатные миссии.

Когда умер Ленин, член политбюро, председатель Реввоенсовета СССР, нарком по военным и морским делам Лев Давидович Троцкий отдыхал в Сухуми. По просьбе Москвы к Льву Давидовичу отправили Берию.

23 января 1924 года Лаврентий Павлович доложил по телеграфу в Москву:

«Для срочной передачи тов. Сталину или Орджоникидзе

22 января посетили тов. Троцкого и сообщили ему наше мнение о том, что ему в какой бы то ни было форме необходимо высказаться в связи со смертью Ильича. Болезнь не дала возможность ему выступить на открытом собрании. Написал статью, которую мы передали по радио.

В беседе с нами т. Троцкий, между прочим, сказал следующее: он не верит в возможность какого бы ни было раскола в нашей партии. Политический уровень нашей партии даже молодой ее части высок. Во всяком случае, если что-либо и было возможно, это не будет с его стороны. Последние слова он повторил четыре раза.

В общем, он не мыслит раскола партии. По его мнению, предстоящий партийный съезд разрешит все насущные вопросы нашего хозяйства и практические вопросы смычки с крестьянами. По его мнению, предстоящая весна будет решающая в вопросе о взаимоотношениях с крестьянами.

Международное положение он считает формально благоприятным, однако этот вопрос ставит в зависимости от внутреннего положения нашего Союза. Тов. Троцкий считает, что его последняя брошюра подверглась незаслуженным нападкам, ему приписывается то, о чем по существу он не писал. Смерть Ильича сильно подействовала на него. Он считает, что в данный момент особенно необходима сплоченность. Он считает, что партия окажется достойной того, кто эту партию создал. Ленина может заменить только коллектив. Чувствует себя т. Троцкий неважно».

Заместителем начальника госбезопасности Грузии Лаврентий Павлович проработал четыре года. Руководил республиканской госбезопасностью Епифан Алексеевич Кванталиани, который тоже начинал в Баку и одно время был заместителем наркома по военным и морским делам Азербайджанской ССР. Его перевели в Тифлис за полгода до Берии.

А главными начальниками Берии в Тифлисе были Василий Федорович Панкратов, председатель Закавказской ЧК, и Соломон Григорьевич Могилевский, полномочный представитель ГПУ в Закавказской Федерации.

Панкратова, который прежде служил начальником Особого отдела (военная контрразведка) Краснознаменной Кавказской армии, вскоре убрали, поскольку он был сторонником Льва Троцкого. Он работал экономистом треста «Заготзерно» в Оренбурге, в октябре 1937 года его расстреляли.

Могилевский совсем молодым присоединился к социал-демократам, в 1904 году был арестован. Его выпустили под залог. И он уехал за границу — в Швейцарию. Поступил на юридический факультет Женевского университета и познакомился с Лениным, безоговорочно поверив в его правоту. Вернувшись в 1906 году в Россию, вел подпольную работу. После первой русской революции поступил на юридический факультет Петербургского университета, оттуда перевелся в Москву.

После октябрьской революции работал в Иваново-Вознесенске, где его сделали сначала губернским комиссаром юстиции, затем председателем революционного трибунала. Осенью 1919 года Могилевского утвердили заведующим следственной частью московской Чрезвычайной комиссии, затем повысили — утвердили заместителем начальника Особого отдела МЧК.

В августе 1921 года Соломон Могилевский возглавил Иностранный отдел ВЧК. Видимо, учли, что до революции он жил в эмиграции, считался знатоком иностранной жизни. Но разведкой Могилевский руководил недолго. В те годы шла кадровая чехарда, более или менее ценных работников перебрасывали с места на место.

За подавление восстания в Грузии, которое назвали меньшевистским, Могилевский получил орден Красного Знамени. Он погиб 22 марта 1925 года, когда во время перелета из Тифлиса в Сухуми загорелся и рухнул одномоторный пассажирский самолет «Юнкере-13», купленный в Германии. «Юнкере-13» брал на борт двух членов экипажа и четырех пассажиров. Погибли летевшие с Могилевским кандидат в члены ЦК и секретарь Закавказского краевого комитета партии Александр Федорович Мясников (Мясникьян), заместитель союзного наркома рабоче-крестьянской инспекции Георгий Александрович Атарбеков и оба летчика.

Берия составил некролог:

«Я видел потрясающее место гибели наших товарищей. Я видел обезображенные останки того, под чьим руководством на протяжении двух лет я вел работу в ЧК… Не верится, не хочется верить… И я больше не услышу мягкого голоса Соломона Могилевского. Помню его особо внимательное отношение ко мне и к работе Азербайджанской ЧК: “На вас мы здесь опираемся”, — говорил он в дружеских беседах со мной».

Некоторые историки подозревают, что катастрофа не случайность: Могилевский что-то узнал о своем заместителе Берии и хотел доложить об этом. Но не успел — Лаврентий Павлович его убрал. Другие исследователи полагают, что Берия опасался вовсе не Могилевского, а замнаркома рабоче-крестьянской инспекции Георгия Атарбекова, который прежде служил в ЧК и считал Берию темной личностью.

Но эти версии не подкреплены никакими доказательствами. Во-первых, взорвать самолет вовсе не простое дело.

В.Р. Менжинский.

[РГАСПИ. Ф. 71. Оп.54. Д. 28. Л. 56а]

Во-вторых, Лаврентий Павлович, конечно, вполне был способен на все, но в тот момент ему, вообще говоря, нечего было опасаться. Незачем было и устранять пассажиров «Юнкерса-13».

Могилевского в Тифлисе в апреле 1925 года сменил Зиновий Борисович Кацнельсон, служивший в ВЧК с 1918 года. Он окончил гимназию и четыре курса юридического факультета Московского университета, еще год проучился в Лазаревском институте востоковедения. Его призвали в царскую армию, закончил школу прапорщиков, воевал. Как бывшего военного его взяли в Особый отдел ВЧК следователем. Кацнельсон в Тифлисе не задержался. Меньше чем через год его отозвали в Москву начальником Главного управления пограничной охраны и войск ОГПУ. В тридцатых годах он служил заместителем наркома внутренних дел Украины.

В апреле 1937 года комиссара госбезопасности 2-го ранга Кацнельсона назначили заместителем начальника ГУЛАГ НКВД и одновременно заместителем начальника строительства канала Москва — Волга. Его арестовали в июле 1937 года, в марте 1938 года расстреляли. Его двоюродный брат майор госбезопасности Александр Михайлович Орлов был резидентом разведки в Испании. В июле 1938 года он бежал с семьей в Соединенные Штаты и написал воспоминания, которые со временем издадут и в нашей стране.

А в Баку тогда из Москвы прислали Ивана Петровича Павлуновского, который прежде руководил госбезопасностью в Сибири. С Лаврентием Павловичем, который тем временем стал заметной фигурой в Тифлисе, он не сработался.

Иван Павлуновский написал Сталину: