Встряхнувшись, Шэрон вернулась к фактам:
– Тома Ховарда не существует. Он никогда не существовал. Мою девичью фамилию вы узнали из газеты, а остальное сочинили. – Адвокат подобрала сумку с пола и повесила ее на спинку стула.
Она постепенно возвращала преимущество в разговоре – и почувствовала себя лучше. – Зачем вам понадобился этот бред? Впрочем, я вряд ли дождусь объяснения…
Она встала и пошла к двери.
– Это ведь вы решили назвать дочерей Мэри и Джулия? – спокойно спросил ей вслед клиент.
Она резко обернулась.
– Как вы узнали их имена?
– Услышал в тот день, когда фотографировал вас. Вы предложили, а ваш муж согласился. Я прав?
– Почему вы так уверены?
– Потому что Мэри и Джулия – имена ваших сестер, убитых вашим братом Томом Ховардом двадцать пятого декабря тысяча девятьсот восемьдесят шестого года в Дулуте. Вы не единственная дочь, Шэрон. Вы – выжившая.
11
Третий раз за день на его звонок ответил бесплотный голос. Пришлось оставить сообщение на почте Кэрол.
Гарри сидел на скамейке в парке, подставив лицо солнечным лучам, и думал. Кто-то коснулся его ноги. Он поднял веки, посмотрел в преданные собачьи глаза и погладил лабрадора по шелковистой шерсти.
Гарри нашел его четыре года назад: тощий, грязный пес был привязан к столбу в порту Лонг-Бич. Одна женщина поила и кормила его, но к себе забрать не могла. Животное уже хотели увезти работники службы отлова, но сердобольная дама сказала, что хозяин на пробежке. Гарри отвел собаку к ветеринару. У пса не оказалось ни чипа, ни клейма.
Гарри никогда не думал заводить питомца – слишком обременительно. Он дал псу приют на одну ночь, а утром проснулся и увидел, что лабрадор лежит поверх одеяла, у него на ногах, и смотрит с такой нежностью, что решение было принято мгновенно. Совместное существование оказалось очень приятным. Иногда он думал о том дне, когда Норберта не станет. Собачья жизнь слишком коротка. И что он будет делать? Что у него останется? Ничего. Убийственное одиночество. Хотя, может статься, он уйдет первым… Как-то раз вечером Гарри совсем одолела хандра, и он взял с Кэрол слово, что она заберет Норберта к себе, если… Она накричала на него, но обещание дала.
Вздохнув, Гарри прогнал мрачные мысли. Тихий день подходил к концу. Ну почему он не способен насладиться моментом покоя?!
– Проблема в том, дружок, что я слишком сильно тебя люблю, – сказал он и потрепал пса за уши. – Хочешь побегать?
Норберт помахал хвостом, и они быстрым шагом пошли по аллее парка. Гарри показалось, что вдалеке он заметил Мелиссу, и уже готов был свернуть, но понял, что обознался, и почувствовал себя смешным. Они в любом случае скоро встретятся, потому что оба беспокоятся о Кэрол. Не стоило ему откровенничать – теперь неизвестно, как пройдет их встреча…
Его размышления прервал звонок телефона. Кэрол. Наконец-то…
– Как ты? Ты не отвечаешь на звонки. Я волнуюсь.
Кэрол провела бессонную ночь – выписанные транквилизаторы не помогли, днем навалилась усталость, и она включила беззвучный режим, чтобы подремать. Гарри удовлетворился этим объяснением, хоть и подозревал, что Кэрол сознательно избегает ответа: в последние дни она была не склонна к общению.
Норберт вывалил язык из пасти, и Гарри повел его к фонтанчику с питьевой водой.
– Ты везунчик, у тебя есть собака. А мне так одиноко…
– Я могу заглянуть к тебе.
– В другой раз.
– Есть новости о Питере?
– Пока нет. Сьюзи вызвали на допрос во второй половине дня. Она позвонит, как только освободится.
– Не буду тебе надоедать. Спасибо, что перезвонила.
– Подожди, Гарри. Мне нужно с тобой поговорить…
Вторник, 27 апреля 2021 года, 17:25