Значит, отец прислал ей письмо. Любопытно. Я запомнила это на будущее. Оценивающе взглянула на неё:
— То есть… ничего этого не было, пока моя мать была жива?
Ренеа резко отпрянула:
— О богиня… Конечно нет, Ашера! Как ты могла такое подумать?
— Просто всё произошло так быстро после её смерти. Ещё и года не прошло.
— Да, но… ты же должна понимать, что я бы никогда не сделала ничего подобного. Я надеялась, что ты достаточно хорошо меня знаешь, чтобы понимать — это не в моём духе.
Я вздохнула:
— Прости. Ты права. Я не хотела намекнуть, будто между вами что-то было до смерти матери. Просто… — Я замялась, подбирая слова. — Я никогда не думала, что мой отец может быть с кем-то ещё. Я всегда знала его как мужа моей матери.
— Да, я понимаю. Но, по правде говоря, я не та, кто должен объяснять тебе, почему он решился на эти чувства. Это разговор, который вы должны провести вдвоём. Я очень советую тебе это сделать. Он отчаянно хочет с тобой поговорить.
Меня тут же захлестнуло чувство вины, плечи опустились:
— Я знаю. Просто ситуация с Дрейвином… она меня вымотала.
— Я не хочу ещё сильнее давить на тебя. Я просто… хотела поговорить с подругой, — сказала Ренеа, и от её улыбки потеплело на душе.
Я невольно улыбнулась в ответ, протянула руку и взяла её ладонь:
— Всё будет хорошо. — Я заметила, как с её плеч словно спала тяжесть. — Нам просто нужно немного времени, чтобы… привыкнуть. И пожалуйста, обсуждать пикантные подробности про моего отца — это оставь Аурелио. Я слушать не хочу.
Ренеа всхлипнула, смеясь сквозь слёзы:
— Как прикажешь, Ваше Высочество. — Она встала с кресла и раскинула руки, сияя. — Можно обнять?
Я не могла ей отказать. Встала и заключила Ренеа в крепкие объятия. Когда она отстранилась, уголки её губ дрогнули, и она вытерла слёзы:
— Когда ты будешь готова поговорить о том, что произошло в твоих покоях…
Я резко покачала головой:
— Не могу, — прошептала, чувствуя, как в горле встала ком.
Ренеа мягко положила руку мне на руку:
— Всё в порядке. Не нужно говорить. Просто знай, что я рядом, если вдруг захочешь выговориться. — Она выдохнула и опустила ладонь. — Ладно, я пойду. Всё устрою. К вечеру ты уже будешь в новых покоях.
— Спасибо.
Она повернулась к выходу с облегчённой улыбкой:
— Если что — ты знаешь, где меня найти, — крикнула она через плечо.
— В покоях моего отца? — окликнула я.
— Ай, — услышала я её голос уже за дверью.
— Почему, к чёрту, Ренеа в покоях твоего отца? — раздался хриплый голос Дрейвина.
Я резко обернулась. Его глаза едва приоткрылись, но в них пылал гнев.
— И какого демона произошло в твоих покоях во время Гуакэ’тэ?