— Я знаю, ты никогда не был в восторге от моей элементальной метки. Я всегда понимал, почему. Но я не понимаю, почему ты не можешь принять мою судьбу — этот путь, который выбрала для меня богиня. Но, знаешь, понимание — это не моя ноша. Это твоя.
— Гуали, — выдохнул он, плечи его поникли. — Я никогда не был в тебе разочарован. Атабей, прости меня, если я казался неблагодарным за дар, который она тебе дала. Я… я просто боюсь. Я в ужасе, Дрейвин. Каждый день напряжение растёт — и, поверь, растёт быстро — я боюсь, что однажды не увижу тебя больше. А теперь ты говоришь мне, что собираешься стоять рядом с тем, кого Акани хотят убить?
— Только через мой труп, — ответил я с тенью угрозы в голосе. Я не мог даже представить этого.
Ба́ба вскинул руки:
— Вот именно, мой гуали. Всё закончится именно так — через твой труп.
Я сжал переносицу:
— Прости. Неудачное выражение. Я не всерьёз — это просто фигура речи.
— Но это не просто фигура речи, Дрейвин. Ты уже в опасности как её Страж. А как Король? Ещё больше. И я не вынесу этого. Ни один родитель не должен.
Я положил руку ему на плечо:
— Ба́ба, это — моё предназначение. Богиня хочет, чтобы я был рядом с ней. И я иду этим путём с радостью. По своей воле. Она — всё для меня. — Слёзы, собирающиеся в его глазах, поблёскивали в свете восходящей луны. — Пожалуйста. Постарайся порадоваться за меня. За нас. Она — удивительная женщина. И я говорю это не потому, что ей суждено править этим королевством. Я говорю это, потому что у неё прекрасное сердце и душа… если только ты позволишь себе увидеть это.
Ба́ба тяжело вздохнул и бросил гроздь винограда в ведро:
— Ты её любишь?
Вопрос застал меня врасплох. Я никогда не признавался Ашере в своих чувствах. И сейчас ответил словами, которых никогда не говорил ни о одной другой женщине в своей жизни — кроме матери:
— Я люблю её. Всем, что у меня есть. Всем, кто я есть.
Он сжал мою руку, лежащую у него на плече:
— Что ж… Я… я постараюсь дать этому всему шанс.
— Ого, — выдохнул я, отшатнувшись. — Великий Зориато Элирон только что сдался?
— Осторожнее, мальчик. Я всё ещё помню, как тебя ставить на место.
— Не смею забывать, — усмехнулся я, обняв его за плечи. — Пойдём. Наши женщины, должно быть, волнуются.
Впервые за долгое время я искренне почувствовал единство с отцом. Слишком долго этого не было.
Глава 31
— А вот это он впервые учился сажать семена со мной в саду. Посмотри, какой он крошка — такой милый фэ́линг. Всё время цеплялся ко мне, — с улыбкой вспоминала Самани, показывая воспоминание на хрустальном таблете — как настоящий фильм на экране. Я не могла оторваться от этих магических видео. На них чётко было видно лицо маленького Дрейвина, его тёмные волосы уже начинали спускаться ниже крошечных, чуть заострённых ушей, а глаза светились неподдельным восторгом от того, что он помогает матери в саду. Сердце сжалось от нежности и… мысли о том, что однажды, возможно, у нас тоже будет свой фэлинг.
Когда-нибудь.
Но явно не в ближайшее время.
Мы сидели вдвоём на длинной софе на террасе, дожидаясь возвращения Дрейвина и Зориато. Посуда уже была убрана, стол — чист, еда разложена по контейнерам. Когда Самани предложила мне посмотреть несколько видео из детства Дрейвина, я не смогла отказаться. Мы наполнили бокалы и устроились у уличного камина. Тяжесть от ужина постепенно рассеивалась, пока Самани рассказывала истории о взрослении сына. Несколько особенно пикантных я мысленно припрятала — чтобы подразнить его позже.
— О нет. Би́би, только не говори, что ты показываешь ей мои детские видео, — раздался голос, полный притворного ужаса. — Ты не могла подождать хотя бы до второго визита?
Дрейвин подошёл с весёлой улыбкой, окинув нас взглядом. Он наклонился, поцеловал меня в макушку и устроился в кресле рядом. В его глазах светилось спокойствие, и я сразу почувствовала облегчение.
Зориато присоединился к нам медленнее. Он подошёл и остановился напротив, изучающе глядя на нас. Я заметила, как Самани приподняла бровь, бросив на него многозначительный взгляд. Его кулаки нервно сжались у бедер, прежде чем он сказал:
— Что ж, принцесса. Раз уж ты собираешься стать частью этой семьи, придётся научиться ухаживать за полями. В любом случае, это пойдёт тебе на пользу — лучше поймёшь, как живут фермеры. Это сделает из тебя настоящую королеву.
Самани перевела взгляд на меня, и в её глазах блеснуло — это было и одобрение, и извинение. И этого мне было достаточно.