– Ты знаешь эту книгу? – удивился Данил.
– Она очень популярна в «Буктоке», и… это цикл, – ответила Катя.
– Ну наконец-то! Приятно иметь дело со знающим человеком! – Регина трижды щелкнула на кнопку, и рядом с первой появились еще три обложки, только на этот раз англоязычного издания. – Короче…
– Короче точно не будет, – шепнул Данил Кате на ухо, отчего у нее по шее побежали мурашки. – Тебе взять еще один молочный коктейль?
– Не нужно, не хочу, чтобы он у меня пошел носом от смеха, – так же тихо ответила Катя.
– Так, голубки! Ворковать будете потом, в своем гнездышке! – прервала их идиллию Регина. – А не сейчас, когда я вам рассказываю про интеллектуальную литературу. У нас переведен не весь цикл, поэтому я привезла остальные из Англии и читала вечерами через переводчик по фото. К сожалению, успела не все. Первая часть, «Невеста дракона», и там… – Она выдержала паузу, прежде чем сразу пойти с козырей. – У главного героя два члена.
Регина начала свой путаный рассказ о сюжете книги без сюжета, но с обилием постельных сцен, переключала слайды, состоящие на 90 % из мемов, а остальные в это время пытались не умереть от испанского стыда, неловкости и смеха. Такое и правда нужно было оставить на десерт.
– А еще у них есть кулоны-обереги от детей. – Никто не понял, что она имеет в виду, пришлось пояснить: – Ну противозачаточная магия типа. Признайтесь, если захотели. Стольких проблем можно избежать.
Кате показалось, что Регина смотрит прямо ей в душу, пытаясь достать оттуда самые страшные и грязные тайны.
«Она точно все знает, – пронеслась глупая навязчивая мысль у Кати в голове, – с чего бы ей так смотреть на меня?» – От былого веселья не осталось и следа.
От глубокого раскрытия темы тентаклей, шуток про наконец-то уместный эпитет «каменный» в отношении члена главного героя (потому что он горгулья) и еще тридцати слайдов про страстную любовь с демоном всех спасла официантка, которая подошла к их столику, чтобы сообщить, что кафе закрывается через пять минут. Все выдохнули с облегчением. Регина же расстроилась, что ее снова прервали на самом интересном месте, но пообещала скинуть свою презентацию в чат. Обсуждение выбора книги на март решили перенести туда же.
Глава 12
Облом
Выбор новой книги затянулся на неделю. Хотя Данил и говорил неоднократно, что это они еще быстро определились, что читать дальше, Катя все равно не верила. Как, ну как можно так долго решать?! Конечно, у Кати самой порой возникали муки выбора, но список сотрудничеств из раза в раз все их развеивал. Катя с интересом и опаской ждала момента, когда чтение по списку ей надоест, но сейчас ее все устраивало. Пока есть список – есть возможность заработать на побег, а там дальше счастливая и спокойная жизнь без криков отца, оглушительного молчания матери и брата, который на самом деле никакой и не брат.
Катя была уверена, что книжноклубные выборы затянулись только из-за Регины, которая постоянно путала все карты и к которой почему-то все остальные прислушивались. Катя никогда бы не подумала, что местным авторитетом в сфере литературы окажется рыжая ведьма, читающая порно про всякую хтонь и бесов. Возможно, это должно было многое сказать об этом книжном клубе, но Катя пока решила воздержаться от поспешных выводов. Как показал конец недели, очень даже и не зря.
Сначала Регина заявила, что хочет прочитать что-то смешнявое, ненапряжное и желательно подростковое, так что через пару суток их чат превратился в источник, из которого можно составить не одну подборку young adult чтива. А потом, когда нужно было выбрать из этого обилия всего десять книг для голосования, выдвинула «Замок Броуди» Арчибальда Кронина. С большущим отрывом победил последний. Возможно, в этом и заключался коварный план Регины подсунуть свою книгу: заставить всех искать одно, а потом выкинуть совершенно другое, что на контрасте создаст вау-эффект и привлечет внимание. Если выбранный в итоге замок – что-то смешнявое, ненапряжное и подростковое, то Катя – обладательница Нобелевской премии по медицине. Об этой книге Катя была наслышана достаточно, чтобы никогда не брать ее по своей воле, но книжный клуб есть книжный клуб. Еще на уроках литературы в школе Катя уяснила, что обсуждать книгу, которую читал, гораздо интереснее, чем ту, в которой не смогла продвинуться дальше названия и аннотации.
Неделька выдалась тяжелой и мучительной не только из-за книжной смуты.
Пока все наступали на одни и те же грабли, Катя заныривала в один и тот же бассейн, причем это даже не было метафорой. Снова быстрые сборы, снова мокрая одежда, снова мороз на улице, и… привет, цистит! Не опять, а снова!
Почувствовав жжение, к которому на этот раз прибавились еще и тянущие боли в пояснице, которые становились сильнее день ото дня, Катя лишь обреченно вздохнула и пошла наводить себе ведьмино варево из шишек. К врачу она идти пока что не собиралась. Само прошло в тот раз, пройдет и в этот, а по клиникам она еще успеет потаскаться. Все равно еще кариес лечить, пломбы ставить, а на это тоже нужны и время, и деньги.
О том, что не осталась дома на больничном, Катя пожалела ровно в тот момент, когда Регина ни с того ни с сего (хотя, казалось бы, когда ее высказывания вообще были к месту?) начала забрасывать Катю невыдуманными историями, о которых невозможно молчать, так что к физическим тяготам из-за болезни добавились еще болтовня Регины, которая наносила настоящий психический урон.
В среду во время на удивление безлюдной и спокойной смены Регина запрыгнула на барный стул рядом с Катей, скручивающей для гостей послания с цитатами японских авторов, и ненавязчиво начала:
– А ты никогда не замечала, как тут чисто?
– Это ресторан, здесь едят. Тут должно быть чисто, – совершенно не поняла, к чему клонит Регина, Катя.
– Нет, ты не понимаешь. Тут очень чисто. «Комореби» не просто обрадует Елену Летучую, тут вся съемочная группа начнет писаться кипятком от восторга!
– Угу… – Катя мало того, что не разделяла восторга, так еще и на фразе «писаться кипятком» ощутила фантомное жжение. Умеет все же Регина создать неприятные ситуации!
Монолог обещал быть долгим. Катя приготовилась продолжать угукать после каждого предложения, демонстрируя свою вовлеченность и пытаясь понять, зачем же все это рассказывается.
– Так вот… – Регина забрала у Кати часть бумажек и продолжила свой рассказ, свято веря, что помогает подруге получше узнать людей, с которыми ей предстоит породниться. О том, что, возможно, лезет не в свое дело, она даже не думала. – Мой дядя, отец Дани, называй его, короче, как хочешь, одно время жил в Японии. Причем достаточно долго. Очень проникся всей этой их культурой. А японцы все чистюли, у них там по религии положено. Все чистое – божественное, все грязное – сама понимаешь. Короче, вся семейка у них с маниакальной тягой к чистоте. И ресторан всего лишь верхушечка айсберга. Вот увидишь потом, у них не квартира, а больничная палата, все блестит и скрипит. Порой мне даже кажется, что ОКР – заболевание генетическое. Меня, слава богам, японским или не знаю каким, это стороной обошло. Спасибо папе за доминантные гены хаоса.
Катя в очередной раз угукнула и улыбнулась, хотя было вовсе не до смеха. Хозяйка из нее еще хуже, чем нобелевский лауреат. Да еще и волосы, которых с нее сыплется больше, чем шерсти с облезшего Дымка… Если даже десятая часть того, о чем говорит Регина, правда, то на еще не начавшихся отношениях (заветный вопрос так и не прозвучал ни в одном из разговоров, телефонных звонков и переписок) можно уже ставить крест.
Кате уже давно хватило, но Регина лишь продолжила свой информационный поток.
– Наверное, поэтому Данил так не любит детей, – хмыкнула Разумовская, скручивая очередную бумажку, и посмотрела Кате прямо в глаза, – они просто концентрация хаоса и источник грязи. Все эти желтые сопли и зеленые какашки. Так себе радуга.