Русский народный календарь в Прикамье. Праздники и обряды конца ХIХ – середины ХХ века. Часть IV. Местные праздники: читать начало книги онлайн

Многочисленные примеры свидетельствуют и о невозможности разделения церковной и народных традиций в структуре престольных праздников. Вот лишь несколько примеров. В случае бытования двух престольных праздников в поселении часто лишь один совпадал с престолом местного храма, хотя в остальном, включая посещение храма, проведение праздников совпадало. Одним из элементов престольных праздников в деревнях, установленных сельской общиной и не совпадающих с престолом сельской церкви, были религиозные ритуалы – крестный ход из села в деревню и молебны в домах жителей. В смешанных сельских поселениях со сложным конфессиональным составом, присутствием православных и нескольких старообрядческих согласий престольные праздники были едины, хотя церковные службы и молитвенные собрания по случаю праздника проводились в разных храмах и молельных домах.

В этом контексте для определения главных местных праздников считаем более подходящим народное осмысление данной традиции, не сводимое исключительно к каноническому храмовому определению. Для региональной традиции Пермского Прикамья можно предложить следующее определение престольного праздника: один из праздников годового календарного цикла, отмечаемый как один из главных местных праздников в одном или группе населённых пунктов, установленный в честь храма или часовни, либо определённый сельским обществом, связанный с обычаями приёма гостей и осознаваемый как праздник данного сообщества местными жителями и их соседями.

Происхождение и история престольных праздников

Несмотря на значительное число научных исследований, посвящённых местным, в том числе престольным, праздникам, большая их часть основывается на материалах XIX– ХХ веков. Число работ, привлекающих источники более раннего периода, незначительно. При этом история происхождения и развития местных праздников в восточнославянской православной традиции до настоящего времени не получила должного освещения в научной литературе. Нередко исследователи лишь ограничиваются упоминанием древних истоков местных праздников, отмечая, например, что их «истоки… нередко уходили в седую древность»[66]. Однако исторический контекст и истоки формирования местных, в том числе престольных, праздников представляются важными для понимания их особенностей.

Несомненно, что известные нам по материалам XIX – начала ХХ века традиции престольных праздников возникают только с принятием и распространением христианства. По мнению некоторых исследователей, на Руси они стали распространяться с XIII века[67]. При этом среди компонентов формирования местных престольных праздников не только христианские традиции почитания святого или события, которому посвящён храм, празднование даты его освящения, но и дохристианские традиции почитания культовых объектов, местные родовые и общественные праздники.

Территория Пермского Прикамья не относится к ареалам формирования и ранних этапов этнической истории восточнославянских народов, в том числе и русских. Проникновение русского населения в Пермское Прикамье, как и становление русского старожильческого населения в регионе, происходит за счёт миграционного притока. Поэтому в Пермское Прикамье русскими были принесены уже сложившиеся традиции престольных праздников, которые в новых условиях трансформировались, взаимодействовали с традициями соседних народов, приобретая локальные особенности. Уже с начала активного освоения русскими пермского региона в XVI веке, строительства храмов и часовен, формирования сети приходов в старожильческих территориях края возникает и формируется система местных престольных праздников.

Местные праздники, посвящённые храму и связанные с другими народными обычаями, характерны не только для русских, у которых отмечены почти повсеместно. Известны они и другим восточнославянским народам – украинцам и белорусам. Храмовые праздники белорусов фэсты также сопровождались народными гуляньями, к ним приурочивались торжки и ярмарки[68]. Украинские местные праздники известны как храмы[69].

Широко представлены местные праздники, в том числе храмовые, в традициях других славянских народов – западных и южных славян. У чехов и словаков такой праздник известен как годы (hody), либо posvicenci (освящение), так как приурочивался ко дню святого, патрона храма. На праздник приглашались родственники и знакомые, накрывался обильный праздничный стол, проводились праздничные гулянья. Среди древних обычаев праздника – жертвоприношения животных, сохранившиеся уже в виде шуточных молодёжных забав[70]. У южных славян – сербов, черногорцев, македонцев – среди местных праздников известны общесельские заветины, которые включали богомолья, крестные ходы, коллективные трапезы и развлечения, приём гостей[71]. У сербов, черногорцев, македонцев, болгар распространён и семейно-родовой, или сельский, праздник «Слава», приуроченный к одной из дат христианского календаря[72]. Среди диалектных названий праздника – слава, служба, слуга, светец, обрук, курбан, черква. По мнению исследователей, данная традиция имеет соответствие в обычаях престольных праздников восточных славян[73].

Местные праздники характеризуют и традиции западноевропейских народов. В немецкой традиции, например, Kirchweihfest – праздник освящения храма, известный и под разными терминами: Kirchtag – день церкви, Kirmes (от Kirch messe – храмовая служба), Kerwe, Kärwa, Kilbi, – проводился как в день святого, которому посвящён храм, так и приурочивался к ближайшему воскресенью накануне либо после праздника. В некоторых регионах такие праздники стали проводиться в осенний период, в таком случае праздник обычно приурочивался к одному из воскресений октября – начала ноября[74]. В структуре праздника важное место занимали не только храмовые традиции, но также ярмарки, гостевание родственников, другие обычаи. Исследователи отмечали, что часто в таких праздниках религиозный контекст играл уже второстепенную роль[75]. В местных праздниках немцев исследователи также усматривают древние родовые праздники германцев, древнегерманские обряды в честь духов-покровителей[76].

Местные храмовые праздники и ярмарки были характерны и для народов Британских островов. По мнению исследователей, они также заменили древние местные праздники в честь дохристианских божеств[77]. Традиция местных храмовых праздников бытовала и у других народов Европы – финнов[78], народов Бельгии и Нидерландов[79], австрийцев[80].

Под влиянием православных традиций, видимо, сформировались престольные праздники и других народов России – карел, вепсов, чувашей, коми, коми-пермяков, удмуртов, бесермян и других[81]. При этом среди основ формирования местных праздников этих народов также традиции почитания дохристианских культовых мест, местные дохристианские праздники, обычаи гостевания, органично вписавшиеся в структуру формировавшихся престольных праздников. Определённую роль в становлении системы местных праздников у данных народов сыграли и контакты с соседним русским населением.

Таким образом, формирование системы местных праздников, схожих и близких престольным праздникам русских, характерно для большинства народов Европы и сопредельных территорий. Как и русские престолы, они возникают на стыке христианской и народной традиций, включают разные обычаи и обряды, приуроченные к празднику, которые существенно варьируются как у разных народов, так и в отдельных историко-этнографических регионах. Такие праздники становились главными событиями в жизни локального сообщества. В этом широком историко-этнографическом контексте и следует рассматривать формирование и функционирование престольных праздников у русских.

Структура и функции престольного праздника

Структура престольного праздника в локальной традиции варьировалась и зависела от нескольких факторов: статуса населённого пункта (деревня или село, административный центр округи); конфессионального состава его населения; соотношения с общей календарной обрядностью, связанной с праздником (например, обрядовые действия с берёзкой на Троицу); специфики локальных традиций празднования. Структура престольного праздника, таким образом, формировалась в каждой из локальных традиций из нескольких компонентов.

Одним из стержневых компонентов престольного праздника были традиции праздничного гостевания родственников из соседних деревень округи, включавшие приём гостей, застолья, локальные и общедеревенские гулянья.

Не менее важными представляются связанные и приуроченные к престольному празднику православные религиозные традиции, заключавшиеся в храмовых службах, молебнах в часовнях и у поклонных крестов, крестных ходах, обходах священником с причтом домов и совершении молебнов.

Стечение значительного числа жителей всей округи на праздник в село или деревню становилось причиной приуроченности к празднику торжков, однодневных и многодневных ярмарок, часто также получавших название по местному престольному празднику. Посещение ярмарок, участие в зрелищных и развлекательных мероприятиях на ярмарках становилось одним из элементов содержательной стороны престольного праздника.

Особое место в структуре каждого престольного праздника занимали и собственно обрядовые традиции, связанные с теми или иными периодами народного календаря, которые в каждой локальной традиции по-разному встраивались в общую структуру праздника, в первую очередь если престольный праздник приходился на значимую календарную дату празднично-обрядовых циклов – Троицу, Рождество, Старый Новый год и т. д.

Формирование структуры престольного праздника как одной из наиболее значимых календарных дат местной традиции происходило за счёт различных компонентов, которые притягивались к празднику в силу его высокого статуса. При этом в локальных традициях компоненты структуры были представлены по-разному. В крупных сёлах престольный праздник включал храмовые службы, приём гостей, ярмарки, обрядовые календарные действия. В деревнях структура праздника могла ограничиваться меньшим числом компонентов, главными выступали два – приём гостей и молебны, крестные ходы. Часть праздников в разные исторические периоды могла ограничиваться только традициями гостевания, что чаще всего происходило уже в советский период.

Престольные праздники как главные праздники местного сообщества играли значительную роль в жизни русской деревни. Они поддерживали семейно-родственные, соседские, земляческие и хозяйственные связи. Благодаря установленным традициям гостевания престольные праздники формировали и поддерживали родственные и территориальные связи. Значительное стечение гостей из других деревень определяло и их важную коммуникативную функцию, функцию информационного обмена. Важную роль играли престольные праздники и в формировании и поддержании самосознания местного социума, местный праздник не только оценивался «своим» в каждой деревне, но и на период праздника поселение становилось центром всей округи, независимо от его официального статуса. Кроме того, как и другие праздники, престольные сохраняли и досуговые функции.

Диалектная терминология престольных праздников

Многокомпонентное содержание престольного праздника отразили и многочисленные его названия-термины в локальных традициях Прикамья. Наиболее частотными, распространёнными в Пермском Прикамье повсеместно следует считать названия престольный праздник и престол: «В престольный праздник много народу у нас собиралось» (Карагайский район, с. Нердва); «А у нас престольные праздники стоко праздновали, пока пиво всё не перепьют. Водку раньше не брали, никто её не пил, только варили пиво» (Чердынский район, с. Редикор); «На Покров дня два-три гуляли. Это престол» (Куединский район, с. Ошья); «Здесь престол – Покров день» (Ильинский район, д. Усть-Ёгва); «Нет, у нас престолы разные. Мы Рождество не празднуем. У нас два Егорьева дни да Спасов день» (Соликамский район, д. Тюлькино). С названием «престольный праздник» связаны и известные локальные термины престольна и престольник: «В большой престольник одевали ботиночки» (Карагайский район, с. Козьмодемьянск). Название «престольный праздник» представляется одним из самых распространённых в русских традициях[82]. Несомненно и происхождение народных терминов престол и престольный праздник и всех их вариантов от храмового престола и церковного наименования храмового праздника престольным.

Другие названия престольных праздников, как правило, имеют локальное бытование в регионе и часто используются наряду с терминами престол и престольный праздник. Особая значимость престольного праздника в локальной традиции, выделение его среди других праздников календарного цикла закрепились в терминах годовой праздник, годовой праздничек: «У нас годовой праздник Петровка, вот 12 юля. Потом зимней праздник Рождество 7 января» (Косинский район, д. Кривцы); «У нас годовой-то праздник Успеньев день» (Соликамский район, д. Харюшина); «У нас три праздничка были годовые: Троица, два-те забыла уже. Раньше по праздникам только пировали ведь» (Верещагинский район, д. Наумята).

В отдельных районах Пермского Прикамья наряду с названием престольный праздник был широко распространён термин съезжий праздник, съездной праздник: «Съезжие престольные праздники – родня к родне приезжала. В Ясыле Афанасьев день, Покров, Богородицын день» (Ординский район, д. Андреевка); «Духов день в Межовке праздник съезжой как. Гости съезжалися» (Ординский район, с. Межовка); «Ильин день 2 августа, в Суде праздник съезжий» (Уинский район, с. Воскресенское); «Съезжие праздники-то, много народу тут, отовсюду приезжают» (Усольский район, с. Таман); «У нас Михайлов день, щас его ещё отмечают. Здесь съездной праздник. Петров день вот был, тоже его отмечали. Щас ещё отмечают Петры и Павлы» (Косинский район, д. Мыс). Происхождение термина, известного не только в Прикамье, но и в других русских регионах[83], связано с обычаем съезда родственников со всей округи. В данном случае традиции гостевания, съезды родственников выделены как основные в структуре праздника и закреплены в терминологии.

С названием «съезжий» перекликается и термин столовый праздник, отмеченный в нескольких деревнях Обвинского поречья: «Столовые праздники, когда родные приезжают, с ночевой» (Карагайский район, с. Нердва). «Столование», вынесенное в народное название, также связывает термин с обычаями приёма гостей и праздничного застолья. В названии широкий праздник, бытовавшем в Карагайском районе, отмечается связь как с приездом значительного числа гостей со всей округи, так и с масштабом гуляний, в которых принимали участие не только жители деревни, но и приезжие гости: «У нас Тихоновская – широкий праздник, а в Нилигах – Октябрьская» (Карагайский район, с. Юрич).

Целый ряд терминов указывает на местный характер праздника, его закреплённость в местной традиции и связь с локальным сообществом и поселением – родной праздник, коренной праздник, личный праздник: «Самые главные праздника – два, это Ильин день 2 августа и Крещенье 19 января. Это считаются коренные вильвенские именно» (Соликамский район, д. Вильва); «Ещё Покров Пресвятой Богородицы. В Кишертском это праздник. У них Ильин день. Ведь в каждой деревне свой личный праздник» (Кишертский район, с. Посад); «Покров да Рождество – это наши родные праздники» (Октябрьский район, с. Тюинск).

Таким образом, разнообразная терминология раскрывает многокомпонентный состав престольного праздника, каждое название при этом акцентирует один из его составных компонентов или признаков.

Состав и распределение престольных праздников

Каждая локальная традиция характеризовалась обычно своей системой распределения и состава престольных праздников. Исследователи праздничной культуры неоднократно указывали на то, что «механизм установления сельских праздников сложен и до конца ещё не изучен»[84].

Число престольных праздников в поселении

[66] Полищук Н. С. Местные праздники // Русские. М., 1999. С. 602.

[67] Там же.

[68] Белорусы. М.: Наука, 1998. С. 355.

[69] Славянские древности. Этнолингвистический словарь / Под ред. Н. И. Толстого. Т. 4. М.: Международные отношения, 2009. С. 241.

[70] Грацианская Н. Н. Чехи и словаки // Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Конец XIX – начало ХХ в. Летне-осенние праздники. М.: Наука, 1978. С. 193–194.

[71] Кашуба М. С. Народы Югославии // Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Конец XIX – начало ХХ в. Летне-осенние праздники. М.: Наука, 1978. С. 205–206.

[72] Плотникова А. А. Слава // Славянские древности. Этнолингвистический словарь. Т. 5. М.: Международные отношения, 2012. С. 30–33.

[73] Там же. С. 30.

[74] Das bairische Jahr. Brauchtum uber Jahr / Herausgegeben von Heidi Caroline Ebertshäuser. Munchen: Verlag Heinrich Hugendubel, 1979. S. 314–319; Becker-Huberti Manfred Lexikon der Bräuche und Feste. FreiburgBasel-Wien: Verlag Herder Freiburg, 2000. S. 201–203; Krigelstein Alfred Jahreslauf Brauchtum in Mittelfranten. Munchen und bad Windsheim: Verlag Delp, 1986. S. 189–230; Томан И. Венок праздников. Традиции немецких крестьян в России. М., 1997. С. 34; Schirmunski V. Die deutschen Kolonien in der Ukraine. M., 1928. S. 140; Филимонова Т. Д. Немцы // Календарные // обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Конец XIX – начало ХХ в. Летне-осенние праздники. М.: Наука, 1978. С. 134–137.

[75] Там же.

[76] Филимонова Т. Д. Немцы… С. 134.

[77] Гроздова И. Н. Народы Британских островов // Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Конец XIX – начало ХХ в. Летне-осенние праздники. М.: Наука, 1978. С. 89–92.

[78] Шлыгина Н. В. Финны // Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Конец XIX – начало ХХ в. Летне-осенние праздники. М.: Наука, 1978. С. 116.

[79] Решина М. И. Народы Бельгии и Нидерландов // Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Конец XIX – начало ХХ в. Летне-осенние праздники. М.: Наука, 1978. С. 63–65.

[80] Листова Н. М. Австрийцы // Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Конец XIX – начало ХХ в. Летне-осенние праздники. М.: Наука, 1978. С. 149–150.

[81] Ильина И. В., Уляшев О. И. Престольные праздники верхневычегодских коми // Европейский Север: локальные группы и этнические границы. (Труды Института языка, литературы и истории Коми НЦ УрО РАН. Вып. 71.) Сыктывкар, 2012. С. 133–161; Шарапов В. Э. Богородичные праздники у современных коми. Сыктывкар, 1995 (Научные доклады. Коми НЦ УрО РАН. Вып. 359); Шарапов В. Э. Живая традиция: заветные и храмовые праздники у современных сельских коми // Христианство и язычество. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 2001. С. 148–168; Панюков А. В., Савельева Г. С. Храмовые и заветные праздники в Коми крае (по полевым архивным материалам) // Paleoslavica. 2006. Vol. 14. С. 262–286; Власова В. В., Шарапов В. Э. Региональное/локальное в традиции почитания Св. Параскевы у коми-зырян // Европейский Север: локальные группы и этнические границы. (Труды Института языка, литературы и истории Коми НЦ УрО РАН. Вып. 71.) Сыктывкар, 2012. С. 162–182; Винокурова И. Ю. Традиционные праздники вепсов Прионежья (конец XIX – начало ХХ в.). Петрозаводск, 1996; Винокурова И. Ю. Календарные обычаи, обряды и праздники вепсов (конец XIX – начало ХХ в.). СПб.: Наука, 1994; Жуков А. Ю. Престольные праздники XV–XVIII вв. на вепсских землях Оштинского погоста: от Рыбреки до Шимозера // Вепсы и их культурное наследие: связь времён (памяти Р. П. Лонина). Петрозаводск: Карельский научный центр, 2011. С. 164–189; Попова Е. В. Календарные обряды бесермян. Ижевск: Удмуртский институт истории, языка и литературы УрО РАН, 2004; Жуков А. Ю. Церковно-приходская система Карелии: возникновение и развитие в XV – первой половине XVIII в. / Сборник научных статей памяти Т. А. Бернштам / Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН. СПб.: Наука, 2010. С. 249–292; Жуков А. Ю. Престольные праздники Верхнего Присвирья в XV–XVIII вв.: опыт анализа переписей // Праздничные традиции и новации народов Карелии и сопредельных территорий: исследования, источники, историография. Петрозаводск, 2010. С. 87–129 и другие.

[82] Тульцева Л. А. Указ. соч. С. 135.

[83] Русские… С. 611.

[84] Мороз А. Б. Традиционный календарь в современном исполнении // Традиционная культура. 2009. № 4. С. 50.