– Но я…
– Очень срочно! Она уже орет на тебя. Говорит, что-то сломалось и вся презентация на концерт испорчена. Тебе голову оторвут!
– Блин… я сейчас! – крикнула Оля парню. – Лилия Витальевна, извините, директриса… Я на секунду.
Лиля кивнула.
Дверь за спиной хлопнула.
Охотница осталась одна. Медленно навалилась усталость, и воспоминания о школе было все сложнее отгонять.
Последний день «обычной» жизни был таким же теплым. Лиля опаздывала: не погладила костюм для концерта – одноклассницы решили выступать в советской школьной форме. Цветкова громче всех голосовала за такой наряд – уж очень ей шло коричневое платье с белым передником. Мама достала платье, красивое, но из ужасной ткани. Пришлось долго биться с утюгом, чтобы все было идеально. Лиля, понимая, что опаздывает, переоделась дома и побежала в школу.
Около входа ее ждали.
Вот на таких же щербатых ступеньках стоял Кирюша. Хотя тогда уже просто Кирилл Гранин…
С тех пор как он ее бросил, прошло три месяца, и все это время Лиля словно «с цепи сорвалась» и мстила всему миру.
Цветкова со стыдом вспоминала свои дикие выходки. И ведь совсем никто не пытался ее урезонить! Все ради внимания одного человека.
И вот Кирилл, не сказавший ей ни единого слова за все это время, стоял на крыльце. Один.
В тот миг сердце радостно забилось. Лиля ликовала. Значит, решил повиниться? Попросить прощения? Девушка замедлила шаг, поправила форму и хотела гордо пройти мимо, но он позвал, и она тут же откликнулась.
Секунду!
Лиля вздрогнула. Две девочки, один парень… А что сделала бы с соперницей девочка, которая получила власть, чей разум затмила болезнь?
– Оля!
Охотница кинулась в зал, бросив рюкзак на улице.
Много лет назад Кирилл повел ее вовсе не на разговор, а в крошечную лаборантскую кабинета химии. Там Лилю и поджидали. Это напоминало суд Линча, но самое ужасное… Лиля знала, что виновата. Даже мышь, загнанная в угол, может напасть на кота. Цветкова очень хорошо поразвлекалась, загоняя своих «мышей». Одноклассницы собрались и решили дать отпор.
Охотница влетела в зал, где мальчишки окружили Олю. Карина стояла поодаль и смотрела, как одноклассники толкают девушку. Нимфа со злорадной усмешкой шептала оскорбления, и, к ее радости, мальчики подхватывали их и выкрикивали на весь зал. Оля вцепилась в рукав рубашки того самого рослого мальчика, громко крикнула:
– Сашка! Не надо!
– Ты заслужила, – буквально выплюнул парень.
Хоть Лиля не могла чувствовать Олю, но она знала, как испугана девушка. Как по телу бежит мелкая дрожь, подгибаются колени. Знала, каково это – смотреть в глаза, полные злобы, ненависти и азарта.
Платье было разорвано, в руках победительниц остались ленты и клоки светлых волос, но они не думали останавливаться. Слова становились все крепче, кулаки жестче…
Саша двинулся вперед и резко ударил одноклассницу по лицу. Оля отлетела в сторону…
Удар. Треск стекла, Лиля сползла на пол. Перед глазами плясали разноцветные круги, в ушах зазвенело. Сверху, словно дождь, посыпались осколки…
Оля распласталась на полу спортзала, из носа хлынула кровь. Ее сумка упала и раскрылась: камера и вещи разлетелись. Карина истерично рассмеялась, захлопала в ладоши, и мальчишки поддержали ее.
Лиля стиснула зубы, отгораживаясь от жутких воспоминаний. Не сейчас… когда угодно, но не сейчас. Пальцы еле заметно заискрились.
– Стоять! – гаркнула охотница, подбегая к Оле. Бедняжка тряслась, по щекам текли слезы.
– Ты кто? – загорланил быдловатый парень в спортивном костюме. Костяшки на руках красные, сбитые, и совершенно пустой взгляд.
Карина решила подраться. Хорошо.