Зачастую я и сама пребывала в ужасном беспокойстве! Так что мне тоже требовался ангел-хранитель!
Чжао Цзывэй в столовой никогда не обедал, гревшаяся в лучах его славы личная секретарша тоже появлялась там крайне редко.
Но в тот день он нарушил правило и пришел в столовую, секретарша последовала его примеру.
Наполнив поднос, он, как назло, подошел к моему столу. Едва он уселся, девушки, что устроились рядом со мной, одна за другой взяли свои подносы и пересели на другое место.
Он как ни в чем не бывало во весь голос продолжил обсуждать брачные узы Чжао Цзылуна.
Я тоже прикинулась, что ничего не произошло, и старательно отвечала на все его вопросы.
Я рассказала, что, когда Чжао Цзылуну выпал шанс жениться на очень красивой женщине, он, исходя из политических соображений, предпочел дипломатично отказаться, поскольку та оказалась женой разжалованного генерала из вражеского лагеря…
Услышав это, он хлопнул по столу и громко воскликнул:
– Мой предок – настоящий герой, если выдержал испытание красотой! О чем это говорит? О том, что ему присуще стремление ставить общие интересы превыше всего! Превосходный генерал Чжао! Доблестный Цзылун! Мы все должны брать с него пример, и тогда наша фабрика станет большой, сильной и выйдет на биржу!..
Вокруг воцарилась тишина, а украшение господина Чжао, то есть его секретарша, в который раз бросила в мою сторону завистливый взгляд.
Хотя все, кто обедал в столовой, узнали, что мороженое им досталось благодаря девушкам из цеха, подробностей никто не знал.
Когда мы с девочками вернулись на рабочее место, одна из них недовольно пробурчала: «А какая польза нам от выхода на биржу, будто нам тоже достанутся акции!»
И то правда, подумала я, интересы директора Чжао лежали совершенно в другой плоскости. Он радел за максимизацию дохода, но для нас она могла обернуться минимизацией!
Да-да, именно для нас – буквально за пару дней я совершенно точно поняла, что я и эти девушки, даже не осознавая того, превратились в одну банду.
В следующие несколько дней мне хотелось выяснить, кто же среди них являлся ушами и глазами директора Чжао, однако, как я ни старалась, мне это не удалось – все как одна они казались мне наивными и трусливыми. Среди них я не находила такой же дерзкой и справедливой, как Ли Цзюань, или такой же опытной и практичной, как Цяньцянь, или даже такой откровенной и искренней, как Яо Юнь. В той или иной степени они уже успели пострадать от своей наивности, а из-за робости их общение больше напоминало мышиную возню.
Думаю, они соответствовали уровню директора Чжао точно так же, как определенная марка авто соответствует статусу начальника.
Поэтому совершенно неудивительно, что меня, которая тоже нуждалась в защите, они вдруг стали воспринимать как ангела-хранителя.
Несколько дней подряд я тайно к ним присматривалась, но тщетно, поэтому бросила это дело. В конце концов, мне было безразлично.
В какой организации не встречаются мелкие стукачи и осведомители, которым покровительствует начальство? Вернемся к этому, когда нечто подобное повторится снова! Так или иначе, я не имела права кого бы то ни было разоблачать, проводить глубокие раскопки и тщательные проверки. Даже если бы у меня такое право имелось, я все равно бы этого не делала! Неужто больше нечем заняться?
Рассуждая в таком ключе, я почувствовала облегчение и успокоилась.
10
На следующий день после Праздника начала лета[59] в Шэньчжэнь наконец вернулась Ли Цзюань.
Незадолго до этого я благополучно сменила временную прописку на постоянную.
Теперь я стала жительницей Шэньчжэня.
И я начала влюбляться в Шэньчжэнь.
Упаковочная фабрика являлась небольшим частным предприятием, которое приносило неплохую прибыль. И пускай Чжао Цзывэя особо уважать было не за что, сказать, что он совсем никудышний начальник, тоже было нельзя; между тем Шэньчжэнь становился все более красивым и процветающим.
Я гордилась, что теперь стала его жительницей.
Свою первую серьезную цель я достигла вполне себе гладко, это укрепило мою уверенность в том, что хозяйкой своей жизни являюсь именно я.
Моей второй серьезной целью стало получение аттестата об окончании вечернего университета – отсутствие аттестата о высшем образовании терзало мое сердце.
В Шэньчжэне к вечерним отделениям относились тогда весьма серьезно.
[59] Также известен как праздник Драконьих лодок – традиционный праздник, отмечается 5-го числа 5-го лунного месяца.