Схватив со стола другую бутылочку, она последовала моему примеру, но вместо зеленых листьев по стене прокатилась черная волна.
– Значит, здесь наверняка синие, – сказала я и бросила в стену последнюю из бутылочек.
И тогда по стене растеклось синее море.
Между тем Ли Цзюань подняла над собой термос и со всей дури треснула его об пол. Термос разбился с оглушительным взрывом!
Толстяк-коротышка не ожидал, что мы способны на такое, а потому, раскрыв рот, обалдело замер в сторонке.
В этот момент дверь открылась и в кабинет вошли двое мужчин и одна женщина. На одном из мужчин, чей возраст уже перевалил за пятьдесят, была военная форма без знаков отличия, словно он только что демобилизовался.
В полном недоумении он поинтересовался у толстяка-коротышки, что происходит.
Тот лишь заикался, не в силах произнести и слова.
Тогда Ли Цзюань еще раз изложила наше законное требование.
– Она невеста командира Чжоу, будущая жена военного, – пояснила я.
– Того самого командира Чжоу, который несколько дней назад вместе с инженерной ротой уехал со стройплощадки? – переспросил мужчина за пятьдесят.
– Да! Когда мы их провожали, они всей ротой отдавали нам честь! – намеренно похвасталась я.
Убрав каменное выражение лица, мужчина обратился к Ли Цзюань:
– Можно взглянуть на договор?
Ли Цзюань остолбенела: мы даже не подумали о том, чтобы попросить у дядюшки Лю договор.
– Не взяли так не взяли, – проговорил мужчина и повернулся к толстяку-коротышке, – достань договор.
Тот сперва сказал, что забыл, куда его положил, потом – что не знает, где ключ от шкафа с документами.
– Подумай хорошенько, не торопись, я подожду, – ответил мужчина.
С этими словами он уселся на крутящийся стул.
Тут, жалуясь на боль в пояснице, застонала Цяньцянь.
– Здесь же полно стульев, – заметил мужчина, – пожалуйста, присаживайтесь. Давайте обойдемся без глупостей, разумные требования должны удовлетворяться. Шэньчжэнь – это место, где договор превыше всего.
Мы все тут же расселись.
Женщина, помогая Цяньцянь присесть на стул, воспользовалась моментом, отобрала у нее бутылку с ядохимикатом «Враг повержен» и спрятала ее за спину.
Мужчина за пятьдесят, увидав на столе такую же бутылку, внимательно рассмотрел этикетку, открутил крышку, понюхал и снова закрутил. Сказать он ничего не сказал, лишь слегка нахмурился.
Наконец, когда договор оказался в его руках, мужчина принялся тщательно его изучать. Эти несколько минут мы, затаив дыхание, не отрываясь следили за его лицом. Однако на нем не отражалось ничего, кроме сосредоточенности.
Отложив договор, он обратился к толстяку-коротышке:
– Тут все написано черным по белому, прозрачнее некуда! Почему не выполнил обязательства?
Услыхав это, мы трое с облегчением вздохнули.
Толстяк-коротышка залебезил и принялся оглядываться по сторонам, пытаясь перевести стрелки и увильнуть от ответа.
– Хватит разговоров, срочно закрой этот вопрос и зайди ко мне.