Я и моя судьба: читать начало книги онлайн

Как-то вечером, за несколько дней до 1 октября[32], Цяньцянь решила прозондировать почву и спросила нас с Ли Цзюань, не хотим ли мы на выходных подработать на стороне. «Есть дельное предложение?» – задала встречный вопрос Ли Цзюань. И тогда Цяньцянь принялась объяснять, что в праздничные дни на улицах повсюду откроются закусочные под открытым небом, будет очень оживленно. Основные посетители – это парни со стройплощадок. Им щедрости не занимать, поэтому если устроиться певицами, то от каждого посетителя можно ожидать минимум по десять юаней за песню, то есть юаней по пятьдесят за раз.

– А ведь сейчас в ходу и купюры по сто юаней? Так что если постараться, не исключено, что можно получить и соточку. В любом случае, мы ничего от этого не теряем, попытка не пытка, – искушала нас Цяньцянь.

– Но… ты-то ладно, а какая певица из меня? – заколебалась Ли Цзюань.

– А то я не слышала, как ты поешь, да у тебя от природы поставленный голос, просто создан для наших хитов… – воодушевляла ее Цяньцянь.

– Я пою лишь северо-восточные народные песни, да и то половину слов не помню, – откликнулась Ли Цзюань, – тем более что в них много непристойностей. Где уж с тобой тягаться, это в твоем репертуаре исключительно утонченные хиты…

– Да у нас нынче вся жизнь полна непристойностей, даже хорошо, если будешь петь что-то в этом роде. Парни обожают слушать такие вещи, сразу бурно на них реагируют, стучат по столам, топают ногами. На самом деле утонченные песни, по сути, тоже непристойны, одна мелодия чего стоит. Это называется за скромными словами прятать пошлую мелодию. Ну, пойдем же, пойдем… – настойчиво агитировала Цяньцянь.

Ли Цзюань взглянула на меня.

– Я правда не умею петь, – поспешно ответила я, – и никогда в жизни не пела перед публикой. Вы идите, а я лучше останусь здесь, почитаю да отосплюсь.

– Подработка – дело хорошее, но без Ваньчжи я никуда не пойду, если подрабатывать, то всем вместе, – ответила Ли Цзюань.

Тогда Цяньцянь быстренько переключилась на меня:

– Ты тоже должна пойти, нам нужно действовать сообща. Если стесняешься петь, никто тебя принуждать не будет, тогда займешься сбором денег. Закончила я, к примеру, петь, а ты замечаешь, что на столе лежит несколько десяток, как ты их заберешь?

– Без лишней суеты, по одной купюре. Охапкой хватать не стану, чтобы не потерять лицо.

Такой ответ уже говорил о том, что я практически согласилась.

– Верно, именно так, – парировала Цяньцянь, – но ты не сказала о самом главном. А что, если кто-то еще не раскошелился? Нельзя так легко упускать свой шанс. Тебе следует сделать так, чтобы остальные тоже вынули свои денежки, используй для этого улыбку, не забывай через слово вставлять «братец». Подключи все свое обаяние, чтобы парням стало неловко не заплатить, расхваливай их на все лады, говори, какие они красивые, сильные и добрые, – в общем, загони их в угол! Размер нашего заработка будет очень сильно зависеть от твоих способностей!..

– Кончай уже, что за херню ты несешь, хочешь, чтобы Ваньчжи свернула на кривую дорожку?

С этими словами Ли Цзюань оттолкнула Цяньцянь и, притянув меня к себе, прошептала:

– Она лиса еще та, не поддавайся на ее чары. Просто прими решение – пойдешь ты, пойду я, не пойдешь, я тоже не пойду, пусть тогда сама топает и зарабатывает свои деньги.

Цяньцянь принялась мне подмигивать, причем ее подмигивания производили куда более сильный эффект, чем ее уговоры.

И тогда я, не задумываясь, взяла и брякнула:

– Пойду.

Хотя мой разум упорно говорил мне «не надо».

На самом деле в то время мои желания и разум были не в ладах.

Мне очень хотелось научиться зарабатывать на стороне, а заодно на деле, по крайней мере один разок, проверить, имеются ли у меня способности, о которых говорила Цяньцянь.

Следующие несколько дней Ли Цзюань и Цяньцянь при каждом удобном случае практиковались в пении, а я училась улыбаться и как ученица зубрила наизусть разные фразочки или, лучше сказать, реплики.

Ли Цзюань смущенно выводила непристойные песенки, ведь даже в жизни ей совсем не нравилось употреблять такого рода лексику. Свой репертуар она сколотила из таких песен, как «Барышня», «Навещая отчий дом», кроме того, в ход пошли песни из фильма «Женщина и колодец-журавль»[33], а также северо-западные народные песни типа «Желтого склона», шэньсийские частушки и другой фольклор тех мест.

Распевая по вечерам песни в закусочных, Ли Цзюань и Цяньцянь пленили многих парней. Сперва слушателей обволакивал сладкий голосок Цяньцянь, потом его сменял дерзкий голосище Ли Цзюань, который парни встречали бурными «вау».

Позже Ли Цзюань призналась, что никак не ожидала, что способна произвести такой эффект.

Получалось ли у меня улыбаться так, как того требовала Цяньцянь, я не знаю. Ли Цзюань и Цяньцянь тоже вряд ли смогли это оценить, поскольку полностью отдались вокалу, напрочь забыв про меня. Но заученные реплики мне однозначно пригодились – не зря я их учила, теперь они вылетали из меня естественно и свободно. Для себя я точно поняла, что в некоторых делах, если человека искушают деньги, можно вполне обойтись и без наставника.

Деньги буквально липли к моим рукам.

За первый вечер наша выручка составила больше семисот юаней. За исключением нескольких купюр размером в сто юаней, все остальные были десятиюаневые.

[32] Имеется в виду национальный праздник – День образования КНР.

[33] Популярный в 1990-е гг. на материковом Китае фильм, входящий в трилогию «Женская доля».