Так что, когда я вспомнила о ней и стала искать, она оказалась в своей комнате, сидела на кровати.
– Что делаешь?
– Играю.
– А где игрушки?
– Я играю в уме.
– Ясно. Йогурт будешь? Бабушка купила тебе тот, что с наклейками.
– Давай.
– Ты странная.
– Мне не нравится, когда дома тихо.
–Включи музыку, Cataplum plum, например.
– Фьоре…
– Что?
– Мне это не приснилось?
– Нет, Мэгги.
«Займись чем-нибудь другим, Фьоре. Ты часами сидишь у нее в кабинете», – сказал дедушка Уго. Неужели он не понимает, чтó со мной происходит? Даром что психиатр. Как же он не видит: я не хочу ничего делать, уже несколько дней не захожу в инсту[3], не отвечаю на сообщения. Я сижу одна, взаперти. И мне нормально. Не хочу никого видеть, не хочу ни с кем разговаривать. Хочу, чтобы все умерли.
А это мысль! Запостить фото, просто черный экран, и приписать: «умрите все».
– Во сколько придет бабушка?
– Не знаю, пап.
– Вы завтракали?
– Да. Я дала Мэгги йогурт, сама попила молока.
– Хорошо.
– Заварить тебе чаю?
– Нет, я сам. Не сходишь за хлебом или за печеньем?
– Схожу, дай денег, пожалуйста.
– Куда же я их задевал? Вроде в ящик положил.
– Там нет. Я потому раньше и не купила.
– Тогда не знаю. Ума не приложу.
– Не уходи к себе, пап, останься; я заварю тебе чаю. Не уходи!
Мамин прах в керамической урне красивого серого оттенка на полке. Пока никто не видел, я заглянула внутрь. Это моя мама? Вот это? Что там от нее, в горстке серой золы? Неужели это человек, который целовал мои веки, пока я не усну? По щекам катятся слезы, и некому их утереть.
Мамы не должны умирать, это несправедливо; не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны, не должны.
[3] Социальная сеть Instagram, проект Meta Platforms Inc., деятельность которой запрещена в России.